Офицерский штрафной батальон
- Информация о материале
- Семён Басов
- Просмотров: 42784
Я родился накануне Великой Октябрьской социалистической революции, в 1915 году в г. Фатеже Курской области десятым ребёнком в крестьянской семье. После меня родился ещё один. Трое умерли во младенчестве, остальные восемь были живы до Отечественной войны. Шесть сыновей, две дочери, отец, мама и бабушка — всего одиннадцать душ. Большая семья.
Отец не заставлял детей учиться. У него был лозунг: «Учись, не будешь учиться, будешь пахать», а мы видели, как отец сохой пахал землю и пот градом катил по его лицу, а рубашка вся от пота и соли становилась дублёной. По окончании средней школы я поступил учиться в 1933 году в Ленинградский Автомобильно-Дорожный институт, который окончил в 1938 году, получив диплом с отличием и специальность инженера-строителя автомагистралей и городских путей сообщения.
Дорогами войны
- Информация о материале
- Михаил Смирнов
- Просмотров: 25513
ДОРОГАМИ ВОЙНЫ
У каждого человека на склоне лет появляется желание подвести итоги прожитого и поведать об этом другим. Я не стану исключением. На войне я был свидетелем горечи наших поражений, испытал все тяжести фашистского плена и в полной мере ощутил радость победы в завершающих операциях войны.
Вот основные этапы моего пути по дорогам Великой Отечественной. В июне—июле 1941 года в составе бригады курсантов медицинского училища участвовал в обороне Ленинграда; шесть месяцев в качестве воен-фельдшера был в числе защитников Севастополя (по 29 июня 1942 года). После контузии оказался в колонне военнопленных, прошёл через концентрационные лагеря Крыма до Днепропетровска. В плену заболел сыпным тифом, заразился туберкулёзом. С помощью днепропетровских патриотов бежал из плена, перешёл линию фронта под Винницей, за что был «пожалован» в штрафной батальон рядовым. После выполнения опасного задания был восстановлен в звании и должности и продолжал участвовать в боях на территории Польши, Германии, Чехословакии до самого дня Победы.
ОТВЕТЫ НА «Пять вопросов об июне 1941 г.», возникшие у читателя
- Информация о материале
- Козинкин Олег
- Просмотров: 21955
В 1989 году Военно-исторический журнал опубликовал те самые «Пять вопросов Генерального штаба», в №№ 3 и 5. О них ещё в 2005 году в своей книге «Если бы не генералы» рассказал исследователь Ю. Мухин. Однако практически никто после этого эти вопросы не трогал – ни «резуны» ни «официоз». А ведь наверняка тот же В. Резун эти вопросы и видел и пытался изучить – хотя бы из любопытства и желания притянуть вопросы и ответы генералов к своей «версии» о том что Сталин собирался нападать первым на Германию.
Подробнее: ОТВЕТЫ НА «Пять вопросов об июне 1941 г.», возникшие у читателя
Измена 1941 года
- Информация о материале
- Покровский С. Г.
- Просмотров: 28982
Одним из наиболее загадочных моментов в истории нашей страны является 1941 год. Загадочным не только для нас, но и для солдат, прошедших через этот год. Год парадоксальный. Героизм защитников Брестской крепости, пограничников, летчиков, совершивших несколько воздушных таранов уже в первый день войны, - резко контрастируют со сдачей в плен масс красноармейцев. В чем проблема?
Контрасты 1941 года дают поводы для самых различных толкований случившегося. Одни говорят, что сталинские репрессии лишили армию нормального командного состава. Другие - о том, что советские люди не хотели защищать ненавистный им общественный строй. Третьи - о непреодолимом превосходстве немцев в способности вести боевые действия. Суждений много. И есть известная фраза маршала Конева, не ставшего описывать начальный период войны: «Врать не хочу, а правду все равно написать не позволят».
Понятно, что нечто хотя бы близкое к правде могли написать немногие. Рядовой, майор, полковник и даже строевой генерал видят не много. Картина в целом видна только из высоких штабов. Из штабов фронтов, из Москвы. Но мы опять таки знаем, что штабы фронтов плохо владели ситуацией, соответственно и в Москву поступали неполноценные сведения.
Таким образом, правду не мог рассказать ни Конев, ни Жуков, ни даже Сталин, если бы ему удалось написать мемуары. Даже они не обладали достаточной полнотой информации.
Но правду можно ВЫЧИСЛИТЬ пытливым умом исследователя, который задает правильные вопросы. К сожалению, правильные вопросы мало кто пытается задавать, а большинство правильно поставить вопросы просто не умеет. Некогда Сергей Иванович Вавилов так определил эксперимент: «Эксперимент - это четко поставленный природе вопрос, на который ожидается вполне однозначный ответ: да или нет». Грамотно поставленный вопрос всегда требует ответа в форме ДА или НЕТ. Попробуем к проблеме 1941 года подойти с вопросами именно в такой форме.
Тропою Гитлера
- Информация о материале
- Арсен Мартиросян
- Просмотров: 25366
Одной из самых актуальных проблем, вызывающих жгучий интерес исследователей Второй мировой войны, являются тайные контакты Лондона и Берлина. Их результатом, считают некоторые авторы, и стало нападение нацистской Германии на СССР. Такой точки зрения придерживается, в частности, автор многих исторических книг член Союза писателей России Арсен Беникович Мартиросян, в прошлом сотрудник одной из советских спецслужб.
В ИСТОРИОГРАФИИ Второй мировой и Великой Отечественной войн имеется утверждение о том, что последовавшие после визита Молотова в Германию в ноябре 1940 года некоторые дипломатические шаги Советского Союза сыграли роковую роль во время тайных переговоров Рудольфа Гесса с руководством Англии в мае – июне 1941 года. Речь идет прежде всего о врученной Молотовым послу Германии в Москве Вернеру фон дер Шуленбургу ноте от 25 ноября 1940 года, являвшейся письменным ответом на устное предложение Риббентропа от 13 ноября 1940 года.
В связи с этим ряд историков считает, что эта советская нота якобы сыграла роковую роль козырного туза в аргументации Гесса, стремившегося убедить руководство Англии в необходимости полюбовного соглашения с Германией: дескать, англичанам нет смысла надеяться на помощь Советского Союза, ибо его правительство планирует прибрать к рукам значительную часть Британской колониальной империи. Более того, утверждается, правда, бездоказательно, что Гесс якобы предъявил этот документ английской стороне и в итоге получил от официального Лондона обещание не открывать «второй фронт» в случае нападения Германии на СССР до 1944 года. После этого и прозвучал сигнал «Дортмунд», означавший финальную санкцию Гитлера на начало боевых действий против Советского Союза.
Страница 34 из 67