Печать
Родительская категория: Материалы
Просмотров: 24673

В декабре сорок второго года наш полк продолжал интенсивно вести боевые действия.

Забот у меня было много, и я был без остатка ими поглощен. В один из дней меня вызвал к телефону командующий 8-й воздушной армией. Он спросил о делах, о состоянии самолетного парка. Я кратко доложил, после чего Т.Т. Хрюкин объявил:

- Решением Военного совета Сталинградского фронта вы назначены летчиком для приема самолета - подарка Красной Армии от колхозника Головатого. За самолетом вам надлежит убыть в Саратов.

Я несколько растерялся. В такие жаркие дни, когда наступление набирает силу, когда полк задействован самым активным образом, посылать командира полка для приемки самолета?.. Пусть даже дарственного... Приказ командующего показался мне необычным. По интонации, с какой это было сказано, я начал понимать значимость такого события, если в разгар боев под Сталинградом посчитали возможным оторвать и послать в тыл командира активно воюющего полка. Но истинный масштаб этого события раскрылся передо мной несколько позднее.

Лозунг партии «Все для фронта, все для победы!» стал определяющим в жизни советских людей. Осенью сорок второго года по инициативе трудящихся Тамбовской области начался сбор средств на строительство боевой техники и вооружения. Почин тамбовских трудящихся подхватили саратовцы, рабочие московских заводов, ленинградцы. А начало крупным индивидуальным вкладам в фонд обороны для приобретения боевой техники и передачи ее фронту положил колхозник сельхозартели «Стахановец» Ферапонт Петрович Головатый.

Ф.П. Головатый написал письмо Верховному Главнокомандующему. В письме говорилось: «...Провожая своих двух сыновей на фронт, я дал им отцовский наказ - беспощадно бить немецких захватчиков, а со своей стороны обещал своим детям помогать им самоотверженным трудом в тылу... Советская власть сделала меня зажиточным колхозником, и сейчас, когда Родина в опасности, я решил помочь ей всем, чем могу...»

В своем ответе И.В. Сталин писал Ф.П. Головатому: «Спасибо Вам, Ферапонт Петрович, за Вашу заботу о Красной Армии и ее Воздушных силах. Красная Армия не забудет, что Вы отдали все свои сбережения на постройку боевого самолета. Примите мой привет».

Вот за этим-то самолетом и командировали меня с фронта.

Вскоре я отправился на завод комбайнов для получения самолета и там, в кабинете директора завода генерала И.С. Левина, увидел пожилого, степенного человека с волевым лицом и проницательным взглядом, которым он как бы испытующе меня окинул. Это был Ферапонт Петрович Головатый. Я представился:

- Гвардии майор Еремин. Командир гвардейского истребительного авиационного полка. Прибыл для приема вашего подарка - самолета Сталинградскому фронту.

Он улыбнулся, рассматривая меня. Сказал добросердечно, глуховатым голосом:

- Ну вот и познакомились... Так, значит, - гвардия! Это хорошо!

На заводском дворе у одного из «яков» собрались люди, и я понял, что именно об этом самолете и шла речь. «Як» уже успели осмотреть и принять приехавшие со мной инженер эскадрильи Анатолий Кадомцев и один из наших механиков. Пока мы шли Головатый подробно расспрашивал меня о том, что за самолет Як-1, какое имеет оружие, долго ли летает и так далее. На самолете сбоку, на фюзеляже, была сделана надпись: «Летчику Сталинградского фронта гвардии майору Еремину от колхозника колхоза «Стахановец» Головатого».

Перед отправкой на фронт - очень недолго пробыл я в Саратове - с большим интересом слушал Ф.П. Головатого.

Судьба его была типичной для целого поколения предреволюционной поры. Был он старый солдат, из крестьян. Познал и труд на кулака, и муштру в царской армии. Служил в лейб-гвардии конном полку. В полк подбирали по масти не только лошадей, но и рядовых. Был Ферапонт Головатый в ту пору крепким парнем, высоким, светловолосым, и за эти внешние данные определили его в кирасиры. Изведал он и мордобой, и издевательства. Любил коня, хорошо умел фехтовать и однажды на состязаниях, фехтуя, одолел офицера.

В августе 1914 года в составе пулеметной команды попал на фронт. За храбрость был сначала награжден Георгиевским крестом 3 и 4 степеней, а в боях под Варшавой получил Золотой крест. В окопах встретил Февральскую революцию, был избран в состав полкового комитета. А когда свершилась Октябрьская революция и началась гражданская война, пошел Ферапонт Головатый в Первую Конную армию и водил в бой эскадрон. На фронтах гражданской войны находились и его братья - воевали против Деникина и Врангеля. В марте 1921 года вернулся Ф.П. Головатый к мирной жизни на хутор Степной на Саратовщиве. Избирался председателем Муромского сельсовета, первым вступил в колхоз, когда началась коллективизация.

Не случайно отдал Головатый в трудные для Родины годы все свои сбережения. Отдал, имея на руках девять внуков, отцы которых воевали на фронтах Великой Отечественной войны. Из мужчин один Ферапонт Петрович - теперь уже отец и дед - остался в доме. Безлюдным стал хутор Степной, где жила большая семья Головатого. Пошли похоронки. Враг подходил к Волге.

Поехал Головатый как-то в город Балашов, повез раненым собранные односельчанами мед, носки, муку, молоко. Вернулся под сильным впечатлением от увиденного и услышанного в госпитале. Шло колхозное собрание. Обсуждали, как и чем еще можно помочь фронту. Колхозник Сорочинский решил внести тысячу рублей на дело разгрома врага. Подходили и другие, записывались на различные суммы. Тут Головатый и спросил председателя:

- А сколько, к примеру, стоит боевой самолет? Все посмотрели с удивлением: зачем, мол, тебе, Ферапонт Петрович, это?

- Хочу его купить, - пояснил Головатый, - и подарить армии, чтобы крепче врага били...

Справились в райкоме партии, узнали, что самолет стоит примерно 100000 рублей. У Головатого в личном пользовании была пасека - 22 пчелиных улья. Деньги от продажи меда составили большую часть нужной суммы, остальные добавили от продажи овощей и зерна. Оставили себе ровно столько, чтобы прокормилось до нового урожая 16 едоков, все остальное пошло в дело.

Это движение стало всенародным. За годы войны в фонд обороны и в фонд Красной Армии (по данным архива Министерства финансов Союза ССР) поступило добровольных взносов на общую сумму 16 миллиардов рублей. Кроме того-13 килограммов платины, 131 килограмм золота, 9519 килограммов серебра, на 1,8 миллиарда рублей драгоценностей, более чем на 4,5 миллиарда рублей облигаций и на 500 миллионов рублей вкладов в сберкассах. На эти средства было построено свыше 30 тысяч танков и самоходных артиллерийских установок, 2,5 тысячи самолетов, подводные лодки и много другой боевой техники.

И вот спустя почти четыре десятка лет сидел я в кинозале и видел на экране кадры кинохроники, которые заставляли меня волноваться. Мы стоим с Головатым у самолета. Видна дарственная надпись на фюзеляже. Он в пиджаке, на голове высокая шапка «пирожком». Я в реглане, с планшетом. Беседуем. Я вспомнил, что в тот момент Ферапонт Петрович говорил мне: «Передай там, на фронте, надо будет - еще пришлем самолетов. Верю: мой подарок - только почин. Бейтесь крепко. А уж если туго станет, сами пойдем...» Насчет того что туго - это мы испытали, но справились. А вот насчет того, что самолет - это только почин, Ферапонт Петрович, как скоро выяснилось, оказался совершенно прав. Между тем на экране события идут своим чередом: я надеваю парашют, поправляю шлемофон и очки. Прощаемся с Головатым. Сажусь в кабину самолета...

Об авторе. Еремин Борис Николаевич, Герой Советского Союза, генерал-лейтенант авиации. Родился 18 марта 1913 г. в Саратове. После окончания школы поступил на саратовский завод «Серп и молот» учеником токаря и вскоре стал специалистом 4 разряда. В 1931 г. по призыву комсомола Борис Еремин - курсант Вольского авиационного училища. Затем служба на Дальнем Востоке, участие в боях в районе озера Хасан.

С 22 июня 1941 г. - на фронтах Великой Отечественной войны. Совершил 342 боевых вылета, из них 100 разведок. На счету летчика 23 сбитых вражеских самолета. Звание Героя Советского Союза Борис Николаевич Еремин получил лишь 48 лет спустя после исторического воздушного боя нашей семерки против 25 самолетов противника. Всего у летчика-истребителя Еремина 58 наград. Он почетный гражданин Сталинграда, Саратова, Никополя и польского города Кельце.

После войны командовал истребительным авиасоединением, работал военным советником в Болгарии, руководил Качинским военным авиационным училищем летчиков, был командующим воздушной армией в Северной группе войск. Генерал Еремин 10 лет возглавлял службу безопасности полетов. Живет в Москве.

Б.Н. ЕРЕМИН