Печать
Родительская категория: Материалы
Просмотров: 101265

Напоминаю, что изучать историю имеет смысл только ради того, чтобы в настоящем не повторить ошибки прошлого. Чтобы в будущей войне наши армии не были разгромлены, нам надо точно знать причину их разгрома в 1941 г. Нам, чтобы спокойнее жить, надо устранить эту причину.

Товарищ Подосинников считает, что главная причина - запоздалое приведение наших войск в боевую готовность. Что скрывается за магическими словами "боевая готовность" , т. Подосинников не поясняет, поэтому дадим слово автору самой этой версии - заместителю Верховного Главнокомандующего маршалу Г.К.Жукову. Именно он с Хрущевым ввели в обращение эту версию в умы историков и обывателей. Перед таким авторитетом меркнут попытки других исследователей обратить внимание на очевидные вещи.

Г. К. Жуков о главной причине 

В 1956 г. предполагалось провести пленум ЦК, на котором должен был стоять вопрос о культе личности Сталина. Жуков написал к этому пленуму доклад - косноязычный, весь пропитанный лестью Н.С.Хрущеву и полный неприкрытой ненависти к Сталину. Пленум не состоялся, с докладом ознакомились только члены Президиума ЦК и хранился он в его архиве. В докладе Жуков писал так:

"Вследствие игнорирования со стороны Сталина явной угрозы нападения фашистской Германии на Советский Союз, наши Вооруженные Силы не были своевременно приведены в боевую готовность, к моменту удара противника не были развернуты и им не ставилась задача быть готовыми отразить готовящийся удар противника, чтобы, как говорил Сталин, "не спровоцировать немцев на войну".

Поскольку невозможно развернуть войска, не имея задачи, то Жуков совершенно определенно утверждает, что Сталин не ставил войскам задачу отразить удар немцев по СССР, что и является "отсутствием боевой готовности".

Правда, когда Г.К.Жуков писал мемуары, то руководивший страной Л.И.Брежнев уже не приветствовал оголтелую хулу на Сталина и эта версия стала выглядеть так:

"Теперь, пожалуй, пора сказать о главной ошибке того времени, из которой, естественно, вытекали многие другие, - о просчете в определении сроков вероятности нападения немецко-фашистских войск.

В оперативном плане 1940 года, который после уточнения действовал в 1941 году, предусматривалось в случае угрозы войны:

- привести все вооруженные силы в полную боевую готовность;

- немедленно провести в стране войсковую мобилизацию;

- развернуть войска до штатов военного времени согласно мобплану;

- сосредоточить и развернуть все отмобилизованные войска в районах западных границ в соответствии с планом приграничных военных округов и Главного военного командования.

Введение в действие мероприятий, предусмотренных оперативным и мобилизационным планами, могло быть осуществлено только по особому решению правительства. Это особое решение последовало лишь в ночь на 22 июня 1941 года. В ближайшие предвоенные месяцы в распоряжениях руководства не предусматривались все необходимые мероприятия, которые нужно было провести в особо угрожаемый военный период в кратчайшее время.

Естественно, возникает вопрос: почему руководство, возглавляемое И.В.Сталиным, не провело в жизнь мероприятия им же утвержденного оперативного плана?

В этих ошибках и просчетах чаще всего обвиняют И.В.Сталина. Конечно, ошибки у И.В.Сталина, безусловно, были, но их причины нельзя рассматривать изолированно от объективных исторических процессов и явлений, от всего комплекса экономических и политических факторов.

Нет ничего проще, чем, когда уже известны все последствия, возвращаться к началу событий и давать различного рода оценки. И нет ничего сложнее, чем разобраться во всей совокупности вопросов, во всем противоборстве сил, противопоставлении множества мнений, сведений и фактов непосредственно в данный исторический момент.

Сопоставляя и анализируя все разговоры, которые велись И.В.Сталиным в моем присутствии в кругу близких ему людей, я пришел к твердому убеждению: все его помыслы и действия были пронизаны одним желанием - избежать войны и уверенностью в том, что ему это удастся".

На первый взгляд Жуков даже как-то защищает своего Верховного, но присмотритесь - он только дает мотив его действия, что усиливает обвинение в том, что Сталин не только не отмобилизовал войска, но и вообще во все предвоенные месяцы не давал никаких распоряжений по отражению немецкой агрессии. А в докладе он даже указывает час первого распоряжения Сталина - 6-30 22 июня. При этом Жуков в своих мемуарах описывает довоенное усиление западных округов новыми армиями и 800 тыс. призванных резервистов - фактической мобилизацией. Если взглянуть сразу на весь текст Жукова, получается, что он ставит Сталину в вину не отсутствие подготовки к войне, а то, что Сталин не начал кричать об этом во всю глотку и на весь мир. Причем сам Георгий Константинович этой фальши не чувствует или уверен, что ее никто не увидит.

А что же было на самом деле? "Игнорировал Сталин угрозу нападения" или нет? Все познается в сравнении, поэтому давайте посмотрим, что получается, когда угроза нападения действительно игнорируется.

"Они накрыли "Оклахому"!"

Через 5,5 месяцев после нападения немцев на СССР, Япония напала на США. Этому предшествовало резкое ухудшение отношений между этими странами. Еще летом, к примеру, США ввели эмбарго на поставку в Японию нефти и заморозили японские активы в американских банках. Но велись переговоры, и правительство США было уверено, что направит усилия японской военщины не против своих владений в Тихом океане, а против СССР. Оно действительно игнорировало войну, хотя и готовилось к ней.

В США были великолепные дешифровальщики, они раскусили японские шифры, и американцы не только читали все инструкции правительства Японии своему послу в США, но и делали это раньше, чем сам посол. За день до нападения Японии на США была расшифрована нота, из которой стало известно, что война неизбежна. Президент сделал кое-какие телодвижения, например, пробовал позвонить Главкому ВМС адмиралу Старку, но тот был в театре и его не стали беспокоить. В 7-00 следующего утра из очередной шифровки в Вашингтоне узнали точное время нападения - 13-00 по вашингтонскому времени, или 7-30 утра 7 декабря по гавайскому. То есть до нападения оставалось 6 часов времени. Адмирал Старк хотел позвонить командующему Тихоокеанским флотом США на Гавайи, но решил сначала сказать президенту. Президент принял адмирала после 10-00, началось совещание, но пришел личный врач президента и увел того на два часа на процедуры. Остальные посовещались сами и в 12-00 ушли на ленч. Начальник штаба армии США генерал Маршалл не захотел прерывать утреннюю верховую прогулку и появился на службе только в 11-25. Он тоже не стал звонить на Гавайи, а дал шифрованную телеграмму, распорядившись передать ее через армейскую радиостанцию. На Гавайях были радиопомехи, поэтому телеграмму отнесли на обычный коммерческий телеграф, но забыли сделать пометку "срочная". Поэтому на почте на Гавайях телеграмму бросили в ящичек, где она и дождалась мальчишку-посыльного (кстати - японца), который регулярно забирал всю почту для американского флота. Мальчишка аккуратно передал ее в штаб как раз через три часа после того, как японцы утопили американский броненосный флот.

Тихоокеанский флот США базировался на Гавайях на острове Оаху (база Перл Харбор). Там об угрозе войны знали, 27 ноября было приказано усилить бдительность, поэтому было усилено патрулирование кораблей вокруг острова, а на его окраинах установлены радары. В 7-02 утра по гавайскому времени 7 декабря 1941 г. два солдата, дежуривших на радаре увидели отметку от японских самолетов, находившихся к этому времени в 250 км от острова. Они по прямому телефону попытались сообщить об этом в штаб. Но телефон не ответил. Тогда они по городскому сумели соединиться с дежурным лейтенантом, который не стал с ними долго разговаривать, так как спешил на завтрак. Бойцы отключили радар и тоже уехали завтракать.

А взлетевшие с японских авианосцев две волны самолетов (40 торпедоносцев, 129 пикирующих бомбардировщиков и 79 истребителей) подлетали к бухте Перл Харбор, где находились все броненосные силы Тихоокеанского флота США - 8 линкоров. (У СССР их было всего 3, постройки Первой мировой). В 7-55 они начали пикировать.

Командующий американским Тихоокеанским флотом адмирал Киммель начал руководить этим сражением прямо в пижаме со двора своей виллы, находившейся на горе. Первое донесение он получил от своей жены, стоявшей рядом в ночной рубашке: "Похоже, что они накрыли "Оклахому"! "Сам вижу!" - подтвердил флотоводец.

На американских кораблях матросы только позавтракали, а офицеры еще ели. До половины команды было в увольнении на берегу, у зенитных орудий стояли случайные матросы. Пять командиров линкоров из восьми тоже развлекались на берегу. Снарядов у орудий не было, ключей от снарядных кладовых - тоже. Когда бронированные двери кладовых взломали, то в суматохе начали стрелять по японским самолетам учебными снарядами. Зато двери в водонепроницаемых переборках линкоров были открыты настежь.

Когда Киммеля привезли в штаб, то там, по словам очевидца, паники не было. Там был "упорядоченный ужас". В 9-45 японцы улетели. Подвели итоги. Из строя были выведены все 8 линкоров, из них 5 - утоплено. Японцы надеялись найти в бухте и авианосцы, но их не было, поэтому они в ярости бомбили что попало. Попало :трем крейсерам, трем эсминцам, сухому доку, четырем вспомогательным кораблям. Уничтожена была практически вся авиация Перл-Харбора - 188 самолетов сгорело и 128 были повреждены. Погибло 2403 военнослужащих США и 1178 было ранено. В городе прозвучало 40 взрывов, унесших жизни 68 гражданских лиц, 35 было ранено. Из этих взрывов один был взрыв японской бомбы и 39 - американских зенитных снарядов. Японцы потеряли 29 самолетов и 55 человек.

А ведь в США не было "тирана" Сталина, там в 1937 г. никто не "репрессировал невинных, но выдающихся" маршалов, генералов, адмиралов. Но именно США показали пример того, что Жуков называет "игнорированием явной угрозы нападения". А как это было 22 июня у нас?

Боевая тревога

Жуков пишет, что 22 июня "В 3 часа 07 минут мне позвонил по ВЧ командующий Черноморским флотом адмирал Ф.С.Октябрьский и сообщил: "Система ВНОС флота докладывает о подходе со стороны моря большого количества неизвестных самолетов; флот находится в полной боевой готовности. Прошу указаний". Далее: "В 4 часа я вновь разговаривал с Ф.С.Октябрьским. Он спокойным тоном доложил: "Вражеский налет отбит. Попытка удара по кораблям сорвана. Но в городе есть разрушения".

Как это понять? Ведь чтобы так отбить внезапный налет авиации (а именно так его отбили все флоты СССР), нужно было выслать в море корабли ВНОС, собрать все экипажи на корабли, подготовить оружие и боеприпасы, а летчиков истребительной авиации посадить в самолеты. И действительно. По сообщениям тех историков, которых сегодня не слушают, тревога на флотах СССР была объявлена за неделю до начала войны: были возвращены отпускники, запрещены увольнения на берег и т.д.

Далее. Вдоль границ СССР располагались отряды пограничных войск. И они задолго до 22 июня отрыли вокруг застав окопы, построили блиндажи, разработали систему огня. Причем, заставы уже имели на вооружении пушки-сорокапятки, а пограничные отряды - гаубичную артиллерию.

Далее. Вдоль границ строили укрепления около 200 строительных батальонов. Эти войска основным оружием имели лопату. На 500 человек батальона полагалось 50 винтовок. По воспоминаниям ветерана, они 20 июня получили приказ отойти от границы и в нем была указана причина - начало войны 22 июня. Весь день 21 июня они вывозили от границы цемент, строительные материалы и технику, эвакуировали личный состав. Оставшийся отряд строительного батальона с наступлением темноты 21 июня убрал маскировочные заборы перед готовыми ДОТами и отошел, встретив на пути роту, шедшую их занимать.

Как это понимать? Если Сталин, по утверждению Жукова, "игнорировал угрозу нападения", то кто тогда привел в боевую готовность флот, пограничников и строительные войска?

Дважды Герой Советского В.С.Союза Петров за месяц до начала войны молодым лейтенантом прибыл в тяжелый гаубичный полк, стоявший у самой границы. Месяц они не только тренировали солдат, но и провели рекогносцировку (знакомство с местностью) всех своих огневых позиций и наблюдательных пунктов для боя с немцами. Все командиры орудий и водители тягачей знали, куда ехать по тревоге сначала и где находятся остальные огневые позиции полка. Огневые были "привязаны к местности", определены участки сосредоточенного огня и позиции открытой наводки на танкоопасных направлениях. А 21 июня огневые расчеты полка сдали на склад снаряды, которые до этого возили в тягачах! (Иначе как демонстрацией это не назовешь). Ночью 22 их обстреляла немецкая артиллерия, они под огнем выехали на огневые позиции и за день расстреляли по немцам почти весь склад боеприпасов. На последней огневой они вынуждены были несколько раз перекатывать вперед гаубицы, так как стреляные гильзы заваливали станины и мешали подвозить новые боеприпасы.

А вот строки из боевой биографии Дважды Героя Советского Союза Т.Т.Хрюкина: "Вверенные генералу Хрюкину авиасоединения и части были своевременно приведены в боевую готовность. Авиационную технику и личный состав удалось переместить на запасные аэродромы. Это уберегло ВВС Двенадцатой армии от тяжелых потерь при первом внезапном ударе врага по стационарным аэродромам. В воздухе сразу же развернулись ожесточенные бои. Уже в 4 часа 22 июня 1941 года в полосе действий военно-воздушных сил, которыми командовал Хрюкин, было сбито 13 фашистских бомбардировщиков. Свои же потери составили 8 самолетов".

Кто им дал приказ так тщательно подготовиться к бою с немцами, если Сталин "игнорировал"? Ведь Жуков пишет, что имелся только оперативный план 1940 г., уточненный в 1941 г. и который был введен в действие "лишь в ночь на 22 июня". Войска, готовясь к бою, что - художественной самодеятельностью занимались?

Планы

Напоминаю, что в своем докладе пленуму Г.К.Жуков писал, что Вооруженным силам "не ставилась задача быть готовыми отразить готовящийся удар противника".

Но вот передо мной документ, адресованный командующему войсками Западного особого военного округа генералу армии Д.Г.Павлову от 14 мая 1941 г. N 503859/СС/ОВ, написанный из-за своей сверхсекретности в двух экземплярах от руки генерал-майором Василевским. В нем приказано (сокращаю): "С целью прикрытия отмобилизования, сосредоточения и развертывания войск округа к 20 мая 1941 г. Лично Вам, начальнику штаба и начальнику оперативного отдела штаба округа разработать:

а) детальный план обороны государственной границы от Капчямиестис до иск. оз. Свитязь;

б) детальный план противовоздушной обороны. Задачи обороны: не допустить вторжения... действиями авиации обеспечить нормальную работу железных дорог и сосредоточение войск... всеми видами разведки определить группировку войск противника... действиями авиации завоевать господство в воздухе и мощными ударами по основным железнодорожным узлам, мостам, перегонам и группировкам войск нарушить и задержать сосредоточение и развертывание войск противника... Особое внимание уделить противотанковой обороне... предусмотреть нанесение контрударов механизированными корпусами... отрекогносцировать и подготовить тыловые рубежи на всю глубину обороны вкл. р. Березина. На случай вынужденного отхода разработать план... разработать план подъема войск по тревоге... план эвакуации фабрик, заводов, банков..."

Подписан этот приказ маршалом С.Тимошенко и начальником Генерального штаба РККА... Г.Жуковым! И это Жуков называет "не ставилась задача"?! Сам приказал подготовить контрудары по немецкой территории и "планов не было"?!

Не к 20 мая, а в июне этот план (как и в других округах) генералом Павловым был подготовлен. Он детальный и очень длинный, я дам только кусочек: "... нанести одновременный удар по установленным аэродромам и базам противника, расположенным в первой зоне, до рубежа Инстербург, Алленштайн, Млава, Варшава, Демблии, прикрыв действия бомбардировочной авиации истребительной авиацией. Для выполнения этой задачи потребуется 138 звеньев, мы имеем 142 звена, т.е. используя всю наличную бомбардировочную авиацию, можем решить эту задачу одновременно... для удара по железнодорожным мостам могут быть использованы только самолеты ПЕ-2 и АР-2, которые могут производить бомбометание с пикирования. Бомбометание по мостам с горизонтального полета малоэффективно и требует большого расхода самолетов. Ввиду того, что у нас мало пикирующих бомбардировщиков, необходимо взять для разрушения только главнейшие мосты, как то: в Мариенбурге, Торне, Варшаве и Демблине... в целях сокращения сроков готовности части должны иметь посильный запас винтовочных патронов (90 шт. на винтовку) в опечатанных ящиках под охраной дежурного и дневального в подразделениях; на каждый станковый пулемет иметь набитыми и уложенными в коробки по 4 ленты; на ручной пулемет и автомат - по 4 диска..."

Обращаю внимание читателей - это не планы победы над Германией. Это планы удержания немцев у границ в течение 15 дней - срока, необходимого для проведения мобилизации. Обычно все страны стремятся провести мобилизацию - увеличить свою армию до размеров, при которых можно выиграть войну - до начала войны. Но СССР этого сделать не мог. Поэтому он скрытно сосредоточил на границах огромные силы с единственной целью - иметь возможность отмобилизоваться. И Жуков это, безусловно, знал. Знал, но клеветал на Сталина и в этом вопросе, обвиняя его в непроведении мобилизации перед войной. Смотрите, как много лжет Жуков, а почему? Почему он так хочет нас убедить, что причиной поражения является какая-то техническая неготовность войск - планов не было, тревогу Сталин не объявил, указания не вовремя дал? Ведь его ложь проверяется, может, и трудно в деталях, но очень легко в принципе.

Французы все имели

Франция объявила Германии войну в начале сентября 1939 г., а немцы ударили по ней лишь в мае 1940 г. - не через 15 дней, необходимых для мобилизации, а через 8 месяцев! Войска Франции и ее союзников были в полной организационной и боевой готовности. К тому же они превосходили немцев и численно (147 дивизий против 136 немецких), и по числу танков и самолетов.

Тем не менее, немецкая армия разгромила союзников практически в течение двух недель, чего с Красной Армией не произошло. Даже те поражения, что потерпели войска прикрытия границы СССР, потребовали и более длительных сроков и не были столь полными.

Отсюда, т. Подосинников, можно сделать вывод, что приведение войск в боевую готовность ведет армию к поражению. Но это, конечно, не так. Просто этот фактор, так раздуваемый Жуковым, был тогда на самом деле столь малозначительным, что сам по себе не определял ни победу, ни поражение.

Смотрите. Полную боевую готовность войска приобретают, когда они в обороне окопались за минными и проволочными заграждениями, а в наступлении - когда развернулись в боевую линию. Чтобы привести войска в эту готовность, надо знать, где противник, где он ударит и какими силами, либо где он занял оборону. Для этого надо сблизиться с противником. Но как это сделать до войны?

Только умом полководца. Если попался толковый полководец, то проанализировав тысячи и тысячи составляющих (военных, политических, географических, климатических, экономических, этнических и пр.), он может догадаться, где именно враг нанесет удар и расположить именно здесь свои войска с тем, чтобы их боевая готовность, которая включает и их численность, была достаточной для нанесения врагу поражения. У побед и поражений есть много составляющих, и полководческая составляющая имеет среди них немалое значение.

В 1940 г. французские полководцы решили, что немцы ударят на севере и для их встречи подготовили здесь самые мощные и лучшие силы (около 40 дивизий). Немцы поняли, что французы так подумали, и нанесли по этим силам удар через Бельгию силами всего 29 дивизий, а 45 дивизий (в их числе 7 танковых) прошли южнее через считавшиеся французами непроходимыми Арденнские горы, разгромили две слабые французские армии, ворвались вглубь Франции, там развернулись на север и окружили группировку войск союзников, ждущую их на севере из Бельгии. Война была сделана, французы капитулировали.

А как было 22 июня 1941 года? Чей полководческий талант возобладал - нашего или немецкого Генштабов? Из мемуаров тогдашнего начальника Генштаба РККА Георгия Константиновича Жукова видно, что ему ужасно не хочется на этот вопрос отвечать, но надо - он слишком много дает фактов, чтобы мысль об этом не пришла в голову. К примеру, если свести даваемые им вразнобой цифры количества дивизий (без кавалерийских) с нашей и немецкой стороны на 22 июня, то получится следующая картина.

Table start

Наши Немецкие

Прибалтийский ВО 31 29

Западный ОВО 42 50

Киевский ОВО 56 33

Одесский ВО 22 12

Резерв - 24

Table end

Из того, как Г.К.Жуков расположил наши войска, видно, что он ждал основные удары немцев из Прибалтики и с украинской границы. А немцы нанесли всего лишь один главный удар и там, где он не ждал - в Белоруссии.

Виноват ли Жуков? Если и виноват, то не более, чем наш шахматист, проигравший иностранному. Ведь мы вели войну не с пацанами, а с талантливейшими военными специалистами и генералами. Последствия, конечно, не такие, как в шахматах, но что же - ведь Жуков своей беззаветной службой в дальнейшем смыл с себя позор этого первого поражения.

Зачем было клеветать, зачем валить эту свою "вину" на Сталина, на остальных? К сожалению, Жуков не понимал, что славе его (которую он жаждал с очевидностью) это ничего не добавляет, наоборот - выставляет его самого в смешном и жалком положении. Он пишет.

"Наиболее опасным стратегическим направлением считалось юго-западное направление - Украина, а не западное - Белоруссия, на котором гитлеровское верховное командование в июне 1941 года сосредоточило и ввело в действие самые мощные сухопутную и воздушную группировки.

Вследствие этого пришлось в первые же дни войны 19-ю армию, ряд частей и соединений 16 армии, ранее сосредоточенных на Украине и подтянутых туда в последнее время, перебрасывать на западное направление и включать с ходу в сражения в составе Западного фронта. Это обстоятельство, несомненно, отразилось на ходе оборонительных действий на западном направлении.

При переработке оперативного плана весной 1941 года (февраль-апрель) мы этот просчет полностью не исправили.

И.В.Сталин был убежден, что гитлеровцы в войне с Советским Союзом будут стремиться в первую очередь овладеть Украиной, донецким бассейном, чтобы лишить нашу страну важнейших экономических районов и захватить украинский хлеб, донецкий уголь, а затем и кавказскую нефть. При рассмотрении оперативного плана весной 1941 года И.В.Сталин говорил: "Без этих важнейших жизненных ресурсов фашистская Германия не сможет вести длительную и большую войну".

И.В.Сталин для всех нас был величайшим авторитетом, никто тогда и не думал сомневаться в его суждениях и оценках обстановки. Однако указанное предположение И.В.Сталина не учитывало планов противника на молниеносную войну против СССР, хотя, конечно, оно имело свои основания".

А спросить Жукова, - какое воинское звание "весной 1941" имел Сталин, чтобы генерал армии Жуков его считал в военных вопросах "величайшим авторитетом"? И если Сталин беспокоился за Украину, то неужели по карте не было видно, что немцам до Киева ближе от белорусского пограничного Бреста, чем от украинского пограничного Перемышля? Или начальник Генштаба Жуков работу по анализу карт перепоручил Сталину?

А вот еще.

"Внезапный переход в наступление в таких масштабах, притом сразу всеми имеющимися и заранее развернутыми на важнейших стратегических направлениях силами, то есть характер самого удара, во всем объеме нами не был предусмотрен. Ни нарком, ни я, ни мои предшественники, ни Б.М.Шапошников, К.А.Мерецков и руководящий состав Генерального штаба не рассчитывали, что противник сосредоточит такую массу бронетанковых и моторизованных войск и бросит их в первый же день мощными компактными группировками на всех стратегических направлениях с целью нанесения сокрушительных рассекающих ударов".

А на что рассчитывал Г.К.Жуков, прячущийся в данном случае за спинами наркома и отсутствовавших уже давно Шапошникова и Мерецкова? На то, что немцы выделят для наступления на СССР по роте от каждой дивизии? Разве во Франции они не так поступали?

Война на два фронта

Выше я писал, что Сталин не мог начать мобилизацию до начала войны. Почему?

Гитлер никогда не считал Англию врагом, наоборот, в "Майн Кампф" он считает ее естественным другом, а Первую мировую войну диким недоразумением.

После того как Англия в 1939 г. все же объявила Германии войну, он делает капитальные усилия, чтобы заключить мир с Англией, публично призывает ее к этому, в 1940 г. при разгроме Франции останавливает наступление на Дюнкерк и дает английской армии (правда, без оружия) уйти на Британские острова. В это время Гитлер запрещает авиации, к примеру, бомбить английские военные корабли, если при этом может пострадать мирное население Англии. Если не считать желание Англии главенствовать в Европе, то Гитлер не задел ни одного ее интереса - ни колоний, ни баз - ничего. (Более того - в мае 1941 г. он посла в Англию Р.Гесса, переговоры с которым в Англии засекречены до 2017 г.). Получалось, что Англия, причем оставшись после разгрома Франции одна, вела войну как бы за какие-то принципы.

В то же время на реальные интересы Англии, на ее владения в Тихом океане готовилась напасть Япония. Для защиты нужен был флот, а флот, в связи с войной с Германией, был привязан к берегам Англии. Поэтому Англия также нуждалась в мире с Германией. Но заключить его не могла - этот мир был бы равносилен капитуляции, и Англия распалась бы как империя.

Если Германия нападает на СССР, то Англия тем более не могла заключить с ней мир, он выглядел бы еще более позорным, ведь у Англии, наконец, появлялся союзник.

Но вот если бы СССР напал на Германию, то Англия обязана была бы заключить с Германией мир. Ведь и Германию Англия изгнала из Лиги Наций как агрессора, и СССР - за нападение на Финляндию и присоединение Прибалтики и Бессарабии с Буковиной. За кого в таком случае отдавал бы жизнь английский солдат - за "агрессора СССР"?

По договору "Берлин-Рим-Токио" эти страны обязывались объявлять войну в помощь друг другу только в случае, если на них нападают. То есть если Германия нападет на СССР, то Япония могла не вступать в войну, но если СССР нападет на Германию, то Япония обязана была объявить войну СССР.

Но вот, к примеру, на границе между двумя странами возникли бои, но ни одна не признает себя агрессором. Как узнать, кто именно напал? Нет ничего проще. Нужно допросить пленных по единственному вопросу - когда им объявили тревогу и вывели из казарм? Те, кого раньше вывели - и есть агрессоры. И если бы Сталин разрешил в тех родах войск, которые могут быть сочтены нападающими, объявить тревогу 20 июня, то немцы без сомнения предъявили бы тысячи наших пленных англичанам со словами: "Вот подтверждение, что СССР 20 июня начал выдвижение к границам, а 22 напал, но мы отбили его нападение".

И англичане поверили бы, потому что это было им выгодно, а японцы вынуждены были бы поверить. Поскольку с приходом английского флота на Тихий океан перспектива победы в войне с США и Англией становилась маловероятной, а шансы на победу над СССР резко возрастали.

А в реальности что могли сказать наши пленные, скажем, артиллерист из приведенного примера? Что они 21 июня, накануне войны, сдали снаряды на склады. Как в этом случае объявить СССР агрессором? А ведь немцы провоцировали Сталина на объявление мобилизации непрерывно.

Но Сталин на эту провокацию не поддался, преждевременно мобилизацию не объявил. Он прикрыл ее мощной группировкой войск, которая потерпела поражение от превосходящих сил противника, но дала время на мобилизацию страны. И фашистский генерал Курт Типпельскирх об этом с горечью писал в своей "Истории второй мировой войны": "...Только исход всей войны мог показать, насколько достигнутая тактическая победа оправдывала потерю времени, необходимого для продолжения операции... Русские, хотя и проиграли это сражение, но выиграли войну".

* * *

Благодаря глубокому аналитическому уму Сталина, благодаря его мужеству при принятии этого отчаянно тяжелого решения, СССР начал войну с союзниками на один фронт и победил. Если бы Сталин проявил малодушие и спасовал, если бы он засуетился объявлять мобилизацию и тревогу, то СССР вел бы войну без союзников, с Германией и Японией одновременно и наверняка был бы порабощен.

 

http://www.duel.ru/199709/?9_3_2