Печать
Родительская категория: Материалы
Просмотров: 28543

  В Мексике обнаружен ледоруб, которым 20 августа 1940 года был убит Л.Троцкий. Тогда его унёс домой полицейский Салас. Дочь полицейского Анна Алисия представила ледоруб публике.
     Из газет


     В "Московском комсомольце", любимой газете столичных проституток, давно уже в поте лица своего трудятся два однояйцевых близнеца - Марк Дейч и Александр Минкин, большие журналисты с асфальтовой дороги. Они очень похожи и внешне, и по внутренней сути, и по литературной манере, главные черты коей - визг и вопли, судороги злобы и зубовный скрежет. Но каждому хочется выглядеть самобытной личностью. Так вот, чтобы их не путали, Минкин вырастил на подбородке некоторую растительность. Кроме того, Дейч, пожалуй, умнее Минкина, но Минкин, пожалуй, эрудированней Дейча: читал воспоминания одного битого немецкого генерала. Поэтому при желании отличить их всё-таки можно.

    О брате Марке мне не так давно приходилось писать на страницах "Завтра" в связи с его воплями и судорогами по поводу книги "Генералиссимус" Владимира Карпова. Что же до брата Александра, то однажды довелось даже защищать его здесь же, в "Завтра". Он тогда мне позвонил, очень был благодарен, попросил записать домашний телефон: 784-31-... Вдруг, дескать, мне приспичит поговорить с ним по душам. Вот и возникла такая потребность в связи с его статьей о Великой Отечественной войне "Чья победа?" в "МК" 22 июня. Но это лучше сделать не по телефону.

     Статья была написана еще в 1989 году, в пору самого полоумного разгула демократии. По его собственному рассказу, побежал Минкин со статьей в один из главных тогда центров разгула - в "Московские новости" к Егору Яковлеву. Но даже этот беглый поденщик Ленинианы, даже в то время - не решился напечатать. Потрусил Минкин в "Огонек" к Виталию Коротичу. Но даже этот оборотень тоже не посмел. Побрел Минкин в журнал "Апрель" к Анатолию Приставкину. Но даже будущий председатель Комиссии по помилованию не отважился помиловать рукопись. Поплелся Минкин к какому-то неназванному западному немцу. "Немец прочел, закричал: "Нет! Нет!" Похилял Минкин к какому-то американцу. "Американец прочел - пожал плечами". У нас, мол, таких и без тебя девать некуда.

     И тут Минкина, видимо, наконец осенило: ведь в США много его соплеменников, может, они клюнут? И представьте себе, кто-то клюнул. Что за газета, он стыдливо умалчивает. Да не "Новое" ли "русское слово", известное своим русолюбием? А потом еще и какая-то газетка в ФРГ, в Мюнхене, тоже скромно не названная. Не подпольное ли издание "Фолькише беобахтер"?

     Прекрасно! Международная слава. Но прошло уже 16 лет, и, видимо, всё это время, убежденный, что его великий труд ничуть не устарел, Минкин носился, бегал, ползал по редакциям газет милой родины, которую мечтал просветить насчёт Великой Отечественной. Но, увы, никто не желал печатать его Труд Жизни.

     16 лет! И тогда Минкин решился. Вошел в кабинет главного редактора "МК" Павла Гусева с присланным ему в подарок из Мексики Анной Алисией ледорубом в правой руке и сказал: "Ну..." И 22 июня статья во всю полосу с гаком появилась в газете. Прочитали все проститутки Москвы и сказали: "Свой в доску. Будем обслуживать по льготному тарифу!"

     Минкин уверяет, что никого не намерен очернять, ничего не хочет опорочивать в истории войны, наоборот: "Я пытаюсь осмыслить её". Как благородно! 16 лет пытается. Можно было рассчитывать, что за столь долгое время узнал новые факты, прочитал раньше неизвестные книг, нашел веские аргументы и т.д. Увы, в статье ничего нового: она появилась в том же виде, в каком отфутболивали её Яковлев, Коротич, Приставкин, какой-то немец, какой-то американец, а друзья в Нью-Йорке напечатали.

     У Минкина, как и у Радзинкина, Млечина, Сванидзы, подход к войне чисто спортивный: подсчитывают, кто больше набрал разного рода "очков". Последний из названных однажды чистосердечно признался по телевидению: "Когда я вижу, как играет футбольная команда ФРГ, я не могу понять, каким образом мы выиграли войну!" Человек признался в своем тупоумии, даже и не поняв этого.

     И наш умник состязается со Сванидзой. "Загадка марсианину: "Кто выиграл войну: тот, кто потерял пять миллионов, или тот, кто тридцать?" Ну, во-первых, и немцы потеряли не пять, и мы не тридцать, об этом ниже. Но тут не в этом дело, а в том, что эти миллионы для Минкина очки в спортивном состязании, именно по ним он судит о победителе. Ведь это, мол, так просто, ясно и очевидно: кто больше набрал очков, тот и победитель.

     Приходится сообщить болельщику, что во всех упомянутых выше трех войнах корейцы, вьетнамцы и Красная Армия (и в Финской, и в Отечественной) имели потери больше, чем противник. Например, по американским данным, их потери во второй войне составили 360 тысяч человек, а вьетнамцев погибло около 1,5 миллионов. Но победа за теми, кто потерял больше! Минкин понять это не в силах. И пускается в новый спортивный подсчёт: "Через три месяца после начала войны Гитлер был под Москвой. Обратный путь занял три с половиной года". "Обратным путём" он стыдливо называет изгнание Красной Армией немцев, разгром их, взятие Берлина и капитуляцию немцев. Не в силах он произнести такие слова!

     У него получается, что немцы наступали раз в 15 быстрее, чем мы - значит, у них в 15 раз больше очков. Ну, допустим. Прекрасно! Но немецкий болельщик и думать не смеет, чем для его команды обернулось рекордное достижение Москвы, и что через три с половиной года стало с Берлином. Приходится и тут разжевать: под Москвой немцы получили разгром, а в Берлине - капитуляцию, причем - безоговорочную. Усёк? Хоть проглотить-то разжеванное можешь?

     Кстати говоря, через три месяца немцы и не были "под Москвой". Зачем и тут-то врать? Отдохнул бы. В пределах Московской области немцы оказались только во второй половине октября. Гжатск, Вязьму, Юхнов они захватили 9-го, 7-го и 5-го октября, а это еще Смоленская область. Подмосковные же города Можайск и Волоколамск - 18-го и 27 октября. Но ближе всего они подошли к столице в поселке Красная Поляна, которую захватили 28 ноября. Как видим, на это им потребовалось не три месяца по минкианскому календарю, а пять с лишним. Через десять дней Красная Армия с Божьей помощью вышибла их из Красной Поляны. Верите, Минкин?

     Он, как помним, 16 лет пытается осмыслить войну. Но вот два факта. Гитлер шел до Москвы почти полгода и по прибытии получил у её стен отлуп. А Наполеон с примитивнейшими по сравнению с вермахтом оружием, техникой, транспортом, связью вторгся с той же позиции и даже на два летних дня позже, но через два с половиной месяца был под Москвой и взял её. Обдумал бы милок хоть эти два факта: в чем дело? Где раскорячились дотоле столь резвые фашистские ножки? Или: три месяца? А что было через три месяца после нападения на них немцев с Польшей и Францией? Сообщаем: обе страны уже два месяца, как лежали в прахе. Не может и не желает он думать о таких вещах, у него другая задача - оклеветать родину.

     Но вот война всё ближе. И что? Как что? Черчилль, говорит, предупреждает Сталина, а тот... А кто такой Черчилль? Едва ли Минкин знает, что до Гитлера тот был нашим врагом №1 и после смерти Гитлера вскоре опять стал им, что именно Черчилль был организатором интервенции Антанты в годы гражданской войны. При первой же встрече со Сталиным в августе 1942 года в Москве он спросил: простил ли его тот за интервенцию. Сталин ответил: "Бог простит"(А.Уткин. Мировая холодная война. М. 2005. С.51).

     Наш мыслитель-потрошитель, конечно же, не догадывается, что 22 июня 1941 года был самым счастливым днем в долгой жизни Черчилля, который он ждал, как утопающий ждёт, что ему бросят спасательный круг. Еще бы! Ведь Англия уже целый год оставалась один на один с германской военной машиной. Тут можно к слову заметить, что и у Сталина отлегло на сердце 7 декабря 1941 года, в день нападения Японии на США. Значит, нам не придется воевать на два фронта; значит, можно перебросить на запад побольше дальневосточных и сибирских дивизий.

     Так вот, просто ли было поверить Черчиллю? Тем более, что Сталин знал о переговорах англичан с немцами, а только что, 10 мая, в Англию прилетел Гесс, правая рука Гитлера. Зачем? Полюбоваться замками Шотландии?

     Ведь сам-то Минкин не верит никаким советским источникам, не обращается к воспоминаниям ни одного советского военачальника - а ведь это соотечественники! Но стыдит за недоверие других к враждебным иностранцам... Впрочем, стоп! Пишет он о каком-то безымянном мужике, сбежавшем в 1934 году из голодающей деревни в город. А где эта деревня, что в том году голодала? Ведь голод был, как известно, раньше. А что это за город? Мужик, говорит, имел тяжелое ранение, хромал, едва ковылял, но "всю войну прошел в пехоте". Всю! В пехоте! Хромой! Энциклопедический случай. Правда, тут же узнаём, что еще задолго до окончания войны калечного мужика "послали в тыл аэродром охранять". Как хочешь, так всё это и понимай! Тут могу сказать только одно: я тебе таких калечных мужиков, таких голодающих деревень и неизвестных городов столько насочиняю, что в "МК" места не хватит перечислить. И вот сей мужик будто бы прочитал статью Минкина и сказал: "Спасибо. Всё - правда". Так устами изобретенного персонажа сочинитель себя похвалил. И верит этим синтетическим похвалам. А еще верит битому немецкому генералу. Выходит, не лишен способности верить тому, кто говорит нечто отрадное.

     Однако разок упомянул Минкин и наших военачальников: "Генералы и даже маршалы устали доказывать, что не Сталин, а народ выиграл войну". Он и с ними вроде бы согласен. Прекрасно. Но ни одного генерала или маршала, ни одной их книги или статьи не назвал. Почему? Да потому, что ни один из них не ставил так вопрос о победе, это могут только полные идиоты, что сохранились еще только в заповеднике "МК" под эгидой Гусева. А нормальные люди понимают и всегда понимали, что в войне победил народ, которым руководили советская власть, партия и Государственный комитет обороны во главе со Сталиным, победила Красная Армия, которой руководила Ставка во главе со Сталиным. Понятно?

     И вот утром 22 июня немцы напали. А мы, говорит Минкин, еще несколько дней продолжали, согласно договору 1939 года, поставлять немцам важное сырье. Ему было лет пять, но он сам видел и запомнил! Вот везут пшеницу, вот везут нефть, вот марганец... А где конкретно это было? Военная тайна! Но не мешали ли поставщикам наступавшие армады немецких танков? Нет, говорит, не мешали. А если эшелон замедлял ход, мы с Дейчем его подталкивали...

     А что Сталин? Сталин, говорит, жутко перетрусил и сбежал спасаться на дачу. Но дача-то к западу от Москвы. Значит, он бросился навстречу немцам? Да, говорит, навстречу: он же государственный изменник...

     Минкин, трепло убогое, ведь от этой брехни уже давно отказался даже классик вранья Радзинский, отказался и покаялся. А вы опять... Стыдно же!

     Со временем, говорит, Сталин всё-таки очухался и выступил по радио. Но это была речь-призыв, произнесенная "в истерическом ужасе". Солженицын, наставник Минкина, писал, что Сталин выступал "полуплачущий". Однако, по признанию даже битого генерала Типпельскирха, "истерический" призыв "полуплачущего" вождя "нашел отклик в сердцах советских людей".

     В частности, Сталин призвал создать народное ополчение. Мысль не новая. И в 1612-м, и в 1812-м, и в 1854 годах тоже было ополчение, немало потрудившееся на войне. А что теперь? Писака опять как очевидец негодует: "...безоружное ополчение, брошенное под немецкие танки". Конечно, были большие неудачи, и жертвы, и поражения не только ополченцев, но и регулярных частей, особенно вначале. Но ты же, мыслитель, взялся дать общую, итоговую оценку войны. В таком случае съешь: всего в ответ на призыв вождя выразили желание вступить в ополчение около 4 миллионов человек, но отобрали около 2-х, в действующую армию через ополчение влилось 36 дивизий, 26 из них прошли всю войну, а 8 получили звание гвардейских. Безоружным это звание не давали.

     Немцы продолжали наступать. И опять же, что Сталин? Оказывается, "как теперь стало известно, уже в конце лета 1941 года подумывал сдаться, засылал сватов через Берию в Болгарию, да фюрер побрезговал, отказал". В сентябре 1812 года, находясь в Москве, Наполеон засылал к Кутузову свата Лористона, но Кутузов побрезговал и погнал захватчиков с родной земли. А теперь вот Гитлер, оказывается. Скажите, какой брезгливый! А ведь не побрезговал втянуть в войну против СССР Италию, Венгрию, Румынию, Финляндию, не побрезговал даже карликами - Хорватией, Словенией, не побрезговал и добровольцами-французами, испанцами, поляками, бельгийцами, даже евреями...

     Но вот что, Минкин. Ведь об этом писали еще Э.Радзинский, затем историк А.Уткин, писатель В.Карпов, теперь - ваше благородие. И все по-разному! Так, Уткин в сочинении "Вторая мировая война"(М.,2002) уверяет, что Сталин решил провернуть "феерическую интригу" примирения тотчас, как стало известно о нападении немцев, еще до выступления Молотова по радио, - так он струсил в первые же часы (с.191); Радзинский же в нетленке "Сталин"(М.,1997) пишет, что это произошло сразу после того, как 8 августа 1941 года Сталин стал Верховным главнокомандующим (с.507); Карпов в "Генералиссимусе" (Калининград, 2002) даёт свою светлую голову на отсечение, что Сталин решил помириться с фашистами и вместе ударить по США и Англии в феврале 1942 года, писатель даже показывает документик, будто подписанный "Верховным главнокомандующим Союза ССР" (с.10-15), какового в природе, однако, не существовало; у вас же, Минкин, - в конце лета (в августе, да?) 1941 года. Что ж вы так - кто в лес, кто по дрова! Собрали бы симпозиум, конференцию и договорились бы о единой и обязательной для всех дате, допустим, о 37-м мартобря.

     А война идёт. Много наших пленных. Позже появилась власовская армия. Ликующе-негодующий Минкин тут как тут: "А почему ни из пленных поляков, ни из пленных французов немцам не удалось сформировать ничего подобного?" Ну, думает, поди, уел я их, куда денутся от такого бесспорного факта? А на самом деле и тут обнаружил свое дикое невежество и редкое тупоумие. Во-первых, из поляков и французов не могло быть "ничего подобного" хотя бы по той простой причине, что их страны были сокрушены мгновенно - в три-четыре недели. Какие тут могли быть формирования? Во-вторых, не пленные, которым некуда деваться, а регулярные части французской армии воевали вместе с немцами в Северной Африке против англичан, своих вчерашних союзников и товарищей по разгрому. Это как выглядит? А против нас в немецкой армии воевали и те же лягушатники, и ляхи, и многие другие мусье. Не слыхал, умник?

     Наконец, что такое власовская армия? Это две дивизии (Буняченко и Зверев), которые Гиммлер разрешил сформировать и вооружить только уже в отчаянную для Германии пору - в 1944 году. По сравнению со всеми попавшими в плен это даже меньше, чем Дейч и Минкин по сравнению со всем кагалом "МК".

     Но у мудреца свое понимание, почему в Польше и во Франции не было "ничего подобного". Во-первых, "пленные буржуи и помыслить не могли воевать против своих. А наши..." Это даже загадочно. Учился же, надо думать, человек в школе и должен бы знать, что гражданские войны, революции, восстания была не только в гнусном ему отечестве, но и в Англии, Франции, Америке, Испании... И всюду, представьте себе, свои колошматили своих. И как!..

     Во-вторых, "Советский Союз обрек своих пленных на голодную смерть, назвав их предателями..." И что, благородные немцы приняли это указание и не пожелали кормить тех, кого враг назвал предателями? А мы не кормили ли немецких пленных только потому, что Гитлер на называл их предателями? Вот вопрос! Кроме того, говорит, Советский Союз "отказался кормить своих пленных через "Красный Крест". Какой тебе "Красный Крест", чучело! Сам же пишешь, что Гитлер объявил немцев высшей расой, мечтал о мировом господстве и проводил политику уничтожения целых наций. Вот русские и другие народы Советского Союза, а вовсе не только ваши соплеменники, и были подлежащими уничтожению. Об этом, о том, что пленные будто бы были у нас объявлены предателями, и о другой лжи о наших пленных я писал совсем недавно в статье о Д. Гранине в "Завтра" № 25. Дайте хоть сыну своему прочитать, Минкин.

     А между тем, война идёт. Немцы наступают, мы отступаем. Минкин изображает это так: "Идешь в атаку - может быть, повезет, немцы не убьют. Отступишь - свои убьют обязательно". Правильно кто-то сказал: у мудрости есть пределы, а её противоположность безгранична. Отступали до Москвы, отступали до Волги, отступали до Эльбруса - и, что, всех отступавших перестреляли? Кто же наступал? Кто освободил родину и взял Берлин - вы с Дейчем?

     Немцы наступают, обе стороны, естественно, несут потери. "Нападающий (Германия) должен нести больше потерь, чем обороняющийся (СССР)", - поучает мыслитель. Но, ваше степенство, так бывает не всегда. Вот вы, нападающий на правду о Великой Отечественной войне, понесете у нас огромные потери. Но в жизни, могли бы сообразить, случается и по-другому. Разве не слышал, что вот врывается бандит в школу, в дискотеку, в храм и убивает десятки людей, а самого, если удастся, ловят и казнят лишь потом, а у нас и не казнят даже. Так было и в 41-м: ворвался бандит, который до этого устно и письменно с печатью обещал вести себя прилично, и начал кругом всё крушить и уничтожать. И вас с Дейчем, невинных дитяток, попадись вы ему, уничтожил бы. Вы же признаёте: "Гитлер убивал по идейным соображениям только еврейских и цыганских детей". Правда, не совсем понятно, почему "только"? А русских и белорусов, украинцев и поляков, что, совсем не убивал или по каким-то иным безыдейным соображениям? Нет, сударь, в русских он видел главного врага, об их обширной и благодатной земле, а не о еврейской клочке, он мечтал всю жизнь. Так что русские были самые "идейные" жертвы фашизма. В целом советский народ пережил пять холокостов, но мы их никому в нос не суем.

     А каковы же потери сторон? Минкин объявляет: у немцев 4,5 миллиона, у нас - 35. В другом месте дает соотношение: то 1:7, а то и 1:20. Если умножить 4,5 миллиона на 20, то получается 90 миллионов, т.е. почти половина всего населения СССР. Для Минкина, Дубинкина и это не диво.

     Но в таком случае объяснил бы, почему же при столь пропорционально небольших потерях немцы подписали капитуляцию, и не какую-нибудь, а безоговорочную, т.е. делай с ними, что хочешь. А ведь их было 80 миллионов, да еще страны-сателлиты и ресурсы всей Европы. С другой стороны, даже 35 миллионов, не говоря уж о 90, это почти все наше взрослое мужское население, способное носить оружие. Кто же вышибал немцев из страны, кто брал Кёнигсберг, Будапешт, Берлин? Эшелоны с кем встречал народ на Белорусском и на всех вокзалах страны в мае 1945-го? Соображать надо, дядя, ведь уже лысенький. У вас, как у известной героини Островского, что больше тыщи, то и мильён. Запомните и заставьте Гусева повесить в кабинете, что соотношение немецких и наших боевых потерь 1:1,3. Остальное - целенаправленное истребление фашистами и наших пленных, и нашего народа, включая евреев.

     Но Минкин не сдаётся и доказывает наши двадцатикратные потери, во-первых, тем, что "все годы войны существовала тактика "взять город к празднику". Кто сказал, что была такая тактика? Откуда взял? Но вообще-то говоря, если была возможность именно к празднику порадовать народ освобождением своего или взятием чужого города, то почему бы и не сделать так. Но тактика?.. А главное-то в том, что Красная Армия освободила 727 советских городов и взяла 484 иностранных, всего это 1211 городов, причем некоторые - дважды. Так что совсем не удивительно, что нередко это совпадало с нашими довольно многочисленными праздниками. Думаю, что даже к дням рождения Минкина, Дейча и тем более Гусева тоже что-нибудь освободили.

     К слову сказать, тут самое грязное жульничество: это вы, прохвост, напечатали свою клеветническую статью о Великой Отечественной войне как раз 22 июня, к годовщине её начала. А ваш однояйцевый близнец Дейч выступил в том же "МК" с не менее подлой и малограмотной статьей о Владимире Карпове именно в день его 80-летия.

     Во-вторых, говорит он опять о потерях, личная тактика Сталина выражалась словами : "Нам дэшевая пабэда нэнужна". Не соображая, как выглядит, малограмотный еврей передразнивает, желая оскорбить национально образованнейшего грузина, который знал русский язык лучше, чем весь его "МК". Это, мол, Сталин так сказал, "когда ему доложили, что при лобовом штурме Берлина неизбежны гигантские потери". Кто доложил? Кому сказал? Разумеется, и тут малограмотное и наглое вранье. Во-первых, Берлин брали не в лоб - он был окружен, потом шло дробление окруженной группировки и наконец добивание.

     А кроме того, когда Жуков доложил Сталину, что хорошо бы взять Берлин к 1 мая, но не удастся, тот ответил: "Ну ничего, впереди Первомай, это и так большой праздник. А возьмем мы Берлин 2 мая или 3 мая, это не имеет большого значения. Надо жалеть людей, мы меньше потеряем солдат. Подготовьте лучше заключительный этап операции".

     И вот мы дошли до главного. Трудно поверить, но это так: еврей обеляет Гитлера, еврей горько сожалеет, что фашисты не победили, еврей признаётся, что хотел бы жить в нацистском рейхе вместе со Швыдким.

     Как же он обеляет Гитлера, что выискал в нем приличного? Да как же, говорит, во-первых, он был человеком открытым, откровенным: прямо объявил, что уничтожит русских, поляков, евреев. Во-вторых, да и сколько он уничтожил-то? "На счету Гитлера максимум(!) 15 миллионов". Это как? Ну, прежде всего 6 миллионов евреев, да? 4,5 миллиона погибших на советском фронте. Остальные - потери его сателлитов. Позволь, гад, а названные тобой 35 миллионов советских людей? Ах, советских? "Наши военные жертвы - целиком на счету Сталина". Значит, не говоря уж о бандитском нападении и развязывании войны, но и к расстрелам наших пленных, к душегубкам, к Бабьему Яру, к Освенциму ни Гитлер, ни Гиммлер, ни Эйхман никакого отношения не имеют. Да не почтить ли нам их память выпуском специального номера "МК"?

     И вот главный вопрос минкинской жизни: "А вдруг было бы лучше, если бы не Сталин победил Гитлера, а наоборот- Гитлер Сталина?"Это еще в форме вопроса. Но дальше еще без вопросительного знака: "Может, лучше бы фашистская Германия в 1945-м победила СССР". И наконец, как решительное утверждение, радостное восклицание: "А еще лучше, если бы Германия победила СССР в 1941 году!"

     И представьте себе, пускается в рассуждения: "Ведь в 1945 году погибла не Германия, погиб фашизм. Аналогично: погибла бы не Россия, а режим".

     Тут Минкин достигает вершины своей подлости, невежества и тупоумия. Еще 23 февраля 1942 года, в труднейшее для нас время, Сталин сказал: "Было бы смешно отждествлять клику Гитлера с немецким народом, с германским государством. Опыт истории говорит, что гитлеры приходят и уходят, а народ немецкий, а государство германское остаются". А ведь иначе думали и Черчилль и Рузвельт. Еще на Тегеранской конференции первый заявил, что после войны Пруссию следет изолировать от остальной Германии, из которой надо будет образовать "Конфедерацию дунайских государств"(А.Уткин. Мировая холодная война.М.2005. С.90). Рузвельт считал, что "Германия была менее опасной для цивилизации, когда состояла из 107 провинций". (Там же). И потому сперва считал нужным "раздел Германии на три отдельных и независимых друг от друга государства" (Там же, с.87), а Тегерана "предложил Сталину и Черчиллю создать уже пять государств на немецкой земле плюс два самоуправляемых региона" (Там же). И только "дядюшка Джо" твердил: "... а народ немецкий, а государство германское остаются". Так что немцам беспокоиться за свое будущее не приходилось.

     Тысячелетнее фашистское рабство?- продолжает умствовать Минкин. "Это - миф, это ложь, подсунутая сталинской пропагандой". И дальше: "Согласитесь, ведь тысячелетний рейх это бред. Гитлер не мог прожить1000 лет, даже сто". Вот дубина! Да кто ж тебе говорил, что Гитлер собирался жить тысячу лет! Ведь и ты не проживешь тысячу, даже сто, а помнить тебя как небывалого болвана и подонка будут лет триста, ну, в крайнем случае, пока существует "МК" и жив Гусев. Помнят же тысячу лет Святополка Окаянного, убийцу трех братьев, с помощью поляков в 1018 году захватившего Киев и там нашедшего смерть.

     "Долго ли смогли бы фашисты удерживать Европу?"- опять вопрошает окаянное отродье. И у него опять наготове историческая аналогия идиота: "Мы же не удержали Афган". Дубина, Афганистан мы и не думали "удерживать", нас не выперли оттуда, а мы ушли сами по решению правительства с развернутыми знаменами. Но у него еще примерчик: "Американцы с Вьетнамом не справились, а уж какой перевес и в числе, и в технике". Правильно, дубина, но вьетнамцам помогал могучий Советский Союз. Помогая в свое время Северной Корее, наши лётчики сбили 1309 американских самолётов, а позже во вьетнамском небе главным образом нашими лётчиками было сбито более четырех тысяч оклахомцев и пенсильванцев. А кто помог бы поверженной России? Ведь гитлеровская агрессия была, в сущности, крестовым походом против нас всей Европы. Но умствующая дубина полна оптимизма и точно знает, что в 1948 году Гитлер умер бы, и фашистский режим в оккупированной России рухнул бы. Однако же ему очень хотелось бы до этого срока пожить при фашизме. Ах, какая досада, что не удалось! Помешал проклятый Сталин, да и родной дед, в 1942 году погибший под Моздоком.

     Как раз в эти дни, когда Минкин на страницах "МК" негодовал и ликовал, умствовал и холуйствовал, клеветал на нашу Победу и плевал в лицо своему деду, как раз в эти дни бывший первый заместитель министра иностранных дел, депутат Госдумы Юлий Квицинский как будто специально для Минкина-Дубинкина опубликовал в "Советской России" большую статью "А если бы победил Гитлер". Автор напоминает много фактов, цифр, программных заявлений.

     Например, Гитлер о России еще в 1923-м году: "Это громадное государство на Востоке созрело для гибели. Мы избраны судьбой стать свидетелями катастрофы, которая будет самым веским подтверждением расовой теории". Он же 3 марта 1941 года, выслушив доклад Кейтеля о плане "Барбаросса": "Предстоящая кампания - это конфликт двух мировоззрений. Недостаточно будет разгромить вооруженные силы противника. Всю территорию России нужно разделить на ряд государств". Может, вы думаете, Минкин, что Гитлер создал бы и еврейское государство? В таком случае Ю.Квицинской напоминает вам: в одном лишь Освенциме были уничтожены тысячи и тысячи евреев. А Гитлер давал такое указание военному командованию: "Необходимо устранить еврейско-большевистскую интеллигенцию..." Так что вы лично, Минкин, подлежали устранению по всем трем пунктам: и еврей, и большевик, и интеллигент москомсомольского закваса.

     Геринг в ноябре 1941 года: "В этом году в России умрет от голода от 20 до 30 миллионов. Может быть, даже хорошо, что так произойдёт: ведь некоторые народы необходимо сокращать". И позже: "Многие миллионы станут лишними на территории России". Тут никак нельзя не вспомнить нашего доморощенного Геринга, рыжего и конопатого. Он однажды сказал своему сотруднику по Госкомимуществу, который возмущался пагубными реформами: "Что вы так переживаете? Да, миллионов 30 вымрет. Но они сами виноваты: не вписались в наши прогрессивные реформы. Ничего, русские бабы еще нарожают". Примечательно,что из двух цифр того Геринга "от 20 до 30" этот Геринг взял вторую. И ведь тот-то говорил о чужих, а этот - о соотечественниках.