Живые голоса (8): «Эти людоеды имеют здоровый вид.....

В августе 1944 года по улицам Киева были проведены пленные немецкие солдаты. В отчете об этом мероприятии, направленном в Москву, приводятся высказывания, типичные для киевлян о захватчиках. Документ опубликован в юбилейном номере журнала «Родина», посвященном 60-летию Победы.

«МОСКВА товарищу СТАЛИНУ И.В.

О КОНВОИРОВАНИИ НЕМЕЦКИХ ВОЕННОПЛЕННЫХ ЧЕРЕЗ ГОР. КИЕВ

16 августа с.г. через гор. Киев было проведено конвоирование группы немецких военнопленных в количестве 36 918 человек, в том числе 549 офицеров. Из этого количества пленных было: захвачено войсками 1 -го и 2-го Украинских фронтов 21 249 человек; войсками 1-го и 2-го Белорусских фронтов 7927 чел.; войсками 1-го Прибалтийского фронта 2700 чел., а остальные 5042 чел. направлялись из лагерей НКВД.

Колонны военнопленных проходили по улицам гор. Киева в течение пяти часов — с 10 часов утра до 15 часов дня. Общая длина маршрута по городу от места сосредоточения до места погрузки в эшелоны составляла 21 километр.

При движении военнопленных все улицы, окна и балконы зданий были заполнены местными жителями. Во время появления на улицах колонн военнопленных, по маршруту их движения, собралось свыше 150 тысяч жителей города. <....> Жители города, потерпевшие много бед от фашистских захватчиков, сопровождали военнопленных возгласами ненависти и проклятий по адресу немцев.

Привожу отдельные характерные высказывания:

Одна старая женщина сказала: «Их поганые руки, обагренные нашей кровью. Теперь пусть поработают».

Инвалид Отечественной войны Рыбалов в толпе кричал: «Собаки! Убийцы проклятые! За что вы повесили жену и дочь, за что отрезали руки племяннику Володе и бросили его живым в шахту? Теперь вы за все ответите!»

Профессор института зоологии Академии наук УССР Маркович говорил: «С ненавистью смотришь на этих мерзавцев, причинивших нам столько горя, виновников стольких разрушений и смертей. Эта процессия назидательна для многих. Жители Киева теперь увидели в другом облике немцев, хозяйничавших в Киеве в качестве повелителей».

Врач Горожай сказала: «Я себя сдерживала, чтобы не кричать по адресу этих зверей. Когда вдумаешься, что эти проклятые мерзавцы натворили, ненависть кипит против них».

Член-корреспондент Академии наук УССР Рол, обмениваясь впечатлениями с другими научными работниками, подчеркнул: «Жалкий вид имеют эти «победители» Европы. Приятно думать, что часть из них побывала в Киеве в качестве победителей, а теперь снова попала в качестве пленных. Это заставит их призадуматься».

Санитарка поликлиники Власова, стоя на улице, говорила другим женщинам: «Единственным моим желанием в этот час бросить в них бомбу. Ведь сколько несчастных отцов и матерей смотрят на тех, кто убивал их детей и грабил».

Бухгалтер треста Укрфарфорофаянс Пиковская говорила: «Эти людоеды имеют здоровый вид. Я вспоминаю, как вели по улицам Киева пленных красноармейцев. Хотя они были похожи на мертвецов, раздетые, голодные и босые, но зато в каждом лице чувствовались сила и ненависть. А эти идут как стадо баранов. Где их прежний фасон».

Стенографистка Наркомместпрома УССР Гоман заявила: «Приятно смотреть на колонны укрощенных хищников, которым оторвали когти и посадили в клетку. Ведь они с нами обращались как с собаками. Жаль, что нельзя плюнуть в физиономию этим «освободителям».

Один старик кричал вслед проходившей колонне военнопленных: «Собаки, смотрите и дрожите, русские люди не рабы. Мы живы, мы покажем вам, грабители!»

Во многих местах, особенно на улице разрушенного Крещатика, слышны были возгласы: «Смотрите, сволочи, на результаты своей подлой работы. Мы заставим вас днем и ночью работать, чтобы на всю жизнь запомнили и забыли к нам дорогу!»

Подобных высказываний было очень много. Было также много таких возгласов и выкриков: «Обътися украшського сала. Тепер воно вам боком вил1зе», «Яйка не хотите?», «Смерть Гитлеру!», «Позор убийцам!», «Смерть фашизму!», «Мучители наши», «Довоевались», «Расстрелять их надо», «Как вам нравится Украина?».

Несмотря на окрики и угрозы, население держало себя очень выдержанно и прохождение военнопленных никакими эксцессами не сопровождалось.

Однако имели место попытки со стороны отдельных лиц и главным образом инвалидов Отечественной войны проникнуть через оцепление конвоя и нанести удары военнопленным.

Такие попытки настойчиво пресекались. Только четыре человека в разных местах маршрута нанесли удары костылем, камнем и палкой четырем военнопленным. Однако особого вреда им не причинили. Одна женщина, приблизившись к колонне, плюнула немецкому офицеру в лицо. Эти действия сопровождались одобрительными возгласами.

В районе базара молодые женщины бросали в колонну немцев яичную скорлупу с возгласами: «Вы хотели яйка — получите».

Некоторые жители города и военнослужащие выражали недовольство гуманным обращением с немецкими военнопленными. Одна старуха подошла к конвоиру и, протягивая руки в сторону немцев, крикнула: «Они наших людей и наших пленных мучили, а с ними нянчатся! Дайте их нам, мы их камнями научим».

Отдельные женщины, пытаясь пробраться к колонне военнопленных, с гневом выкрикивали: «Вы, гады, мучили и расстреливали наших», — и, обращаясь к конвоирам, говорили: «Бейте их, не жалейте!»

Член-корреспондент Академии наук УССР Соколов сказал: «Я сравниваю это зрелище с виденным мною в 1941 году, когда немцы вели советских военнопленных. Считаю, что наши неправильно поступают, допуская такое хорошее отношение к фрицам».

Сотрудник Наркомпроса Украины Копайлов высказался так: «Будучи в армии, я стремился побольше уничтожить немцев. Теперь я вижу, что немцев еще много в живых и о них наше правительство беспокоится: кормит, одевает. С ними нужно поступать построже, чтобы они помнили, как поступали с нашими красноармейцами».

Сотрудник треста «Металлоширпотреб» Кириченко сказал: «Зачем такую усиленную охрану выставили для этих подлецов. Будь она меньше, народ поговорил бы с ними иначе. Противно смотреть на эти тупые физиономии. Страшно подумать, как там у них живут наши люди. Бедняги умирают с голоду».

Священник Соболев в беседе с другими священнослужителями высказался: «Удивляюсь такой церемонии. Это жирно для наших врагов после того, как они оставили здесь на Украине столько горя и слез».

Присутствовавший при этом иеромонах Тимофей заявил: «Я возмущаюсь тем, что с ними так чинно поступают. А как они водили наших пленных? Нет, неправильно делает власть, их надо было бы вести, как они наших водили. Бить нагайками. Что заработали, то пусть и получают».

Один рабочий сказал: «Они наших раненых рысью гнали, а мы эти морды накормили, шажком водим, караул выстроили. Я бы с ними не цацкался, а платил бы де-сятерицей» На это одна женщина ответила: «Русский человек быстро обиды забывает». <....>

Н. ХРУЩЕВ 17 августа 1944 года».