3. ЧЕРЕЗ ЛА-МАНШ ПОСЛЕ ДВУХ ЛЕТ ПРОВОЛОЧЕК

Подготовка десантной операции проходила при отсутствии противодействия со стороны противника. Внимание немецко-фашистского командования по-прежнему было обращено в сторону советско-германского фронта, где решался исход второй мировой войны.

В течение почти двух месяцев (с 10 апреля) англо-американская авиация систематически бомбила железные дороги Бельгии и Северной Франции. 20 апреля авиация приступила к разрушению мостов. За 20 дней до высадки десанта авиация перенесла свои удары по аэродромам противника в радиусе 360 км от побережья.

В результате предварительной авиационной подготовки район высадки удалось в известной степени изолировать от мест нахождения резервов противника.

В ночь на 6 июня началась непосредственная авиационная подготовка. Закончилась она за 10 минут до начала высадки морского десанта. Всю ночь 2600 бомбардировщиков сбрасывали свой груз на побережье Сенекой бухты, налетая волнами по 150—200 самолетов. В полосе высадки было сброшено около 13 тыс. бомб общим весом свыше 7 тыс. тонн. Однако большая часть беспорядочно сброшенных бомб «не причинила противнику никакого ущерба»1.

Истребители прикрывали район высадки в радиусе до 120 км. За сутки англо-американская авиация совершила 14 674 самолето-вылета. Потерн составили 113 самолетов, главным образом от огня зенитной артиллерии.

Примерно за 5 часов до начала высадки морского десанта был сброшен двумя эшелонами воздушный десант. Несколько ранее были выброшены парашютисты-разведчики для обозначения мест, удобных для приземления.

Первый эшелон воздушного десанта состоял из 13 тыс. парашютистов и около 400 человек в составе планерного десанта. Американские парашютисты приземлялись в 8—12 км от уреза воды, английские — в 5 км. В момент приземления «в большинстве случаев все кругом было спокойно...» 2. Фланги морского десанта были обеспечены. Важные рубежи удалось удержать до подхода частей морского десанта.

За 40 минут до высадки морского десанта началась артиллерийская подготовка. Всего в артиллерийской подготовке приняло участие 94 боевых корабля. Огонь вели 1000 орудий.

Артиллерийской подготовке предшествовала постановка огромной дымовой завесы, которая скрыла от наблюдения с побережья весь район развертывания.

Пока шла непосредственная авиационная подготовка, морской десант совершал переход через пролив Ла-Манш.

На всем пути морского десанта «со стороны противника не было встречено никакого сопротивления... не было встречено ни одной подводной лодки противника...» 3. В воздухе не было замечено ни одного вражеского самолета. Путешествие через пролив оказалось «удивительно комфортабельным» 4. Во время высадки «со стороны противника не было встречено никакого сопротивления» 5.

К исходу дня высадившиеся части соединились с воздушно-десантными войсками.

Отдельные оживавшие очаги обороны противника были не в состоянии отразить штурм побережья. В результате исключительно мощных ударов авиации и массированного обстрела побережья корабельной артиллерией и без того невысокая боеспособность немецких частей на берегу была в значительной степени снижена. Немецкая авиация и флот не противодействовали высадке англо-американских войск, так как «соотношение сил в воздухе в первый день высадки равнялось 1 : 20»6. Поэтому «организованные групповые вылеты стали невозможными» 7. По немецким данным, «ни противник, ни собственные (т. е. немецкие.— В. С.) войска не видели в небе над Нормандией, в сущности, ни одного немецкого самолета» 8.

Английские данные в своей основе не расходятся с тем, что утверждают сами немцы. Ричардс и Сондерс, например, пишут, что из состава немецкой бомбардировочной авиации «фактически было поднято лишь несколько самолетов» 9. Брэдли сообщает то же самое. За весь день 6 июня «только несколько вражеских самолетов... провело малоэффективную атаку побережья» 10.

Командующий союзными экспедиционными военно-воздушными силами Ли Мэллори 6 июня «с чувством растущего недоумения неоднократно восклицал: «Где же немецкая авиация?»11.

В небе над Нормандией безраздельно господствовала англо-американская авиация. Поэтому немецкие военно-воздушные силы, «встретив в воздухе большое количество союзной истребительной авиации, осмелились сделать лишь несколько нерешительных вылетов» 12. Всего в течение дня на всем фронте высадки союзников было зарегистрировано 50 самолето-вылетов немецкой авиации, в то время как союзная авиация совершила 10 585 самолето-вылетов 13.

Почти повсюду в районе высадки «волнение на море и подводные препятствия, установленные немцами, причиняли больше беспокойства, чем сам враг» 14.

Войска 7-й немецкой армии были подняты по боевой тревоге только в 4 часа 6 июня, когда воздушно-десантные дивизии были уже высажены. В течение первого дня штабы крупных немецких соединении не сразу смогли разобраться в обстановке. Большая часть танковых дивизий противника находилась в районе Парижа и составляла резерв главного командования. Разрешение на переброску их в Нормандию было дано лишь в 16 часов 6 июня. Германское верховное командование не сумело сразу определить направление главного удара, проявило медлительность, считая, что в Нормандии проводится демонстрация, а высадка основных сил противника произойдет на побережье Па-де-Кале, то есть на кратчайшем направлении к жизненно важным центрам Германии. Запоздалая переброска немецких резервов в Нормандию позволила войскам морского десанта в течение первого дня высадки без больших потерь образовать три плацдарма и соединиться с воздушным десантом. Уже к исходу первого дня операции на плацдармах были созданы посадочные площадки для истребителей.

К 8 июня образовался единый плацдарм. Началось его расширение.

К концу десятого дня американские потери «были невелики...»15. Они составили 3082 человека убитыми16.

К 12 июня американо-английские войска расширили общий плацдарм до размеров 80 км по фронту и до 19 км в глубину, на нем сосредоточились 16 дивизий (9 американских и 7 английских), в том числе 3 бронетанковые. К этому же времени немецко-фашистское командование стянуло к плацдарму 12 дивизий, значительно уступавших союзникам как по численности, так и по вооружению. Перебрасываемые к плацдарму дивизии вводились в бой разрозненно, по мере прибытия. Поэтому все попытки немецко-фашистского командования сбросить десант в море успеха не имели.

12 июня на Англию упал первый самолет-снаряд Фау-1. Этим было положено начало новым попыткам немецко-фашистского руководства деморализовать население английской столицы и создать условия для политических комбинаций с правящими кругами страны.

За первые две недели общие потери всех видов и на всех участках высадки «составили только 40 549 человек» 17.

18 июня в проливе Ла-Манш разразился шторм. На берег были выброшены сотни десантных судов. Многие из них потонули. Причиненный ущерб «значительно превысил те потерн, которые мы (т. е. союзники.— В. С.) понесли в первый день вторжения от вражеской артиллерии» 18.

Авиация союзников продолжала господствовать в воздухе. Прибытие примерно 350 самолетов для усиления немецкой авиации в Северной Франции в первые дни вторжения, равно как и последующие пополнения, «в сущности, ничего не меняло в положении дел, поскольку потери уносили почти две трети прибывавших подкреплении, и о каком-либо серьезном наращивании сил нечего было и думать»19.

К концу июня удары союзной авиации по коммуникациям противника стали настолько мощными и непрерывными, что «пополнение самолетами частей 3-го воздушного флота стало почти неразрешимой проблемой» 20.

К этому же времени военно-морские силы немцев, действовавшие у Атлантического побережья Франции, понесли большие потери и «все их боевые возможности оказались практически исчерпанными» 21.

18 июля 1-я американская армия заняла город Сен-Лo. Образовался достаточно крупный плацдарм до 144 км по фронту и до 55 км в глубину. К 23 июля на плацдарме находились 16 английских и канадских и-17 американских дивизий (всего 591 тыс. англичан и канадцев и 770 тыс. американцев).

Немецко-фашистские войска полукругом обложили плацдарм силами 29 дивизий, из них 9 танковых и 3 отдельных танковых батальона. Эти силы были равноценны 16 полнокровным дивизиям. Немецко-фашистское командование могло использовать в боях не более 600 танков и 320 самолетов.

Плацдарм оставался без изменения до 25 июля, когда войска 1-й американской армии совершили прорыв у Сен-Ло.

В буржуазной литературе по истории минувшей войны нередко можно встретить чрезмерное преувеличение значения второго фронта, открытого союзниками в Европе. Лейтмотивом является, например, утверждение английского историка Райана, что вторжение в Северную Францию 6 июня 1944 г. — «решающая битва» 22, оно положило «начало концу второй мировой войны» 23 и что «если бы оно окончилось неудачей, то для полного разгрома Германии потребовались бы годы» 24.

Книгу Райана экранизировали в двухсерийном фильме. Грандиозная постановка, подкрепленная документальными кадрами, предназначалась убедить зрителей, что в результате именно десантной операции гитлеровцам был нанесен сокрушительный удар, от которого они уже но могли оправиться.

В то же время делаются попытки преуменьшить роль Советской Армии. Монтгомери, например, пишет, что мощное развитие советской стратегии на Востоке «явилось дополнением к англо-американскому наступлению на юге и западе»25.

Историческая правда заключается в том, что ко времени открытия второго фронта в Северной Франции исход второй мировой воины был уже определен на советско-германском фронте решающими победами Советской Армии. Рикер пришел к выводу, что «Германия проиграла в военном отношении вторую мировую войну практически уже в России еще до вторжения западных союзников» 26.

Бесспорно, что второй фронт в Западной Европе сковал значительное число сухопутных войск фашистской Германии. Однако его роль в 1944 г. и до конца войны была только вспомогательной, так как Советская Армия к концу 1943 г. собственными силами завершила коренной перелом в свою пользу без участия американо-английских вооруженных сил.

В то время как союзные войска расширяли захваченный плацдарм и накапливали силы для прорыва немецкой обороны, войска Советской Армии развивали грандиозное наступление, начатое 23 июня на центральном участке советско-германского фронта.

Разгром советскими войсками немецкой группы армий «Центр» заставил противника с 25 июня по 16 июля спешно перебросить в Белоруссию 15 новых дивизий и 2 бригады27. Большая часть этих резервов была переброшена из оккупированных стран Европы. Тем самым облегчалось ведение англо-американскими войсками дальнейших военных действий в Северной Франции.

Мэтлофф признает, что, «когда на Востоке складывалось тяжелое положение, германское верховное командование брало свежие силы с Запада» 28. Алан Кларк также пишет о том, что, «несмотря на растущую угрозу в Нормандии, все подкрепления впредь направлялись только на Восток» 29.

Союзники действовали в исключительно благоприятных условиях не только благодаря решающим победам Советской Армии.

«После 6 июня, — пишет Морис Торез, — мы стали свидетелями массового восстания от Бретани до Альп и от Пиренеев до Юры. Целые департаменты освобождались собственными силами. Это было в подлинном смысле слова всенародное восстание»30. Бывший верховный главнокомандующий союзными экспедиционными силами Дуайт Эйзенхауэр отмечал в своих отчетах, что французские силы внутреннего фронта составляли эквивалент 15 дивизиям. «Их огромная помощь, облегчившая наше (англо американское.— В. С.) продвижение через Францию, подтверждает это» 31. Погью также пишет о том, что французские внутренние силы Сопротивления «доказали важное значение их действий для войск Эйзенхауэра во Франции» 32. Большая помощь французских партизан выразилась «в замедлении переброски немецких войск к плацдарму» 33. Например, для переброски одной танковой дивизии из района Тулузы немцам потребовалось 12 дней.

В конце июня военное командование союзников отметило, что результаты действий сил Сопротивления «далеко превзошли» все ожидания 34. Особенно активно действовали вооруженные силы французских партизан на юго-востоке Франции. В ходе наступления 3-й армии к Сене французские внутренние силы Сопротивления прикрывали ее южный фланг.

Разгорались конфликты и противоречия в отношениях западных союзников с де Голлем. До самого последнего момента де Голлю «почти ничего не сообщалось о деталях плана операции «Оверлорд»35. 2 июня 1944 г. ФНКО стал именоваться временным правительством Французской республики. Официальное признание тремя державами задерживалось из-за противодействия США и Англии и последовало лишь 23 октября 1944 г.

Даже через два с половиной месяца после высадки союзных войск во Франции правительство США осуществляло переговоры с ФНКО через посредство военного командования.

Американское командование препятствовало росту французской армии, что обостряло франко-американские отношения. Правящие круги США не желали видеть Францию сильным государством. Здесь уместно напомнить, что, когда Жиро 10 июля 1943 г. приехал в Вашингтон, Рузвельт дал понять, что это был всего лишь визит «французского солдата, сражающегося за дело союзников, поскольку в данный момент Франции больше не существует»36. Стремление союзников использовать восстанавливаемую французскую армию в качестве вспомогательных войск заставило временное правительство Франции заявить американскому командованию, что оно «не может согласиться с использованием своих войск в качестве подсобных колониальных войск» 37.

4 июня, за два дня до высадки союзных войск во Франции, в Лондон приехал де Голль. Эйзенхауэр вручил ему проект воззвания к народам Европы, и в частности к французскому народу. Де Голль с подготовленным заранее текстом не согласился, потому что воззвание начиналось с обращения к народам Норвегии, Голландии, Бельгии и Люксембурга. И только в самом конце упоминалось о французском народе и предписывалось выполнять все приказы Эйзенхауэра.

На следующий день де Голль направил Эйзенхауэру новый текст. Но прокламация была все же обнародована в первоначальном варианте. Де Голлю ответили, что он опоздал. Как выяснилось позже, прокламация была уже отпечатана за неделю до того, как ее показали де Голлю.

В этот же день де Голлю предложили выступить по радио в числе других глав государств Западной Европы. Но как только он узнал, что Эйзенхауэр будет выступать первым, сразу же отказался. Такая очередность означала бы согласие с опубликованной ранее прокламацией. «Этот спектакль, — заявил де Голль, — состоится без моего участия» 38.

13 июня 1944 г. де Голль собрался посетить предмостное укрепление. Черчилль возражал, но в конце концов был вынужден уступить. На другой день де Голль высадился в Нормандии, где ему разрешили пробыть три дня, и 17 июня возвратился в Алжир.

Франко-американские противоречия настолько обострились, что Рузвельту пришлось 6 июля пригласить де Голля приехать в Вашингтон. Некоторое смягчение этих отношений прозвучало в заявлении Эйзенхауэра: «Я не войду в Париж, не имея рядом с собой французов...» 39.

Советский Союз по отношению к Франции проводил последовательную политику сближения и сотрудничества, обеспечил защиту национальных интересов французского народа.

Таким образом, в результате вторжения англо-американских вооруженных сил в Северную Францию с опозданием на два года был создан новый стратегический фронт борьбы против фашистской Германии, на континенте Европы.

Положение фашистской Германии еще более ухудшилось: она оказалась в тисках двух фронтов. Однако советско-германский фронт по-прежнему оставался главным и решающим фронтом второй мировой войны.

Создание нового фронта вооруженной борьбы против фашистской Германии было прямым следствием успешного продвижения Советской Армии к границам Германии. Опасение, что западные союзники могут опоздать, привело к тому, что они отложили выполнение своих стратегических планов по расширению военных действий в Италии и поспешили в Западную Европу.

Примечания:

1 О. Брэдли. Записки солдата, стр. 297.

2 С. Ryan. The Longest Day, June 6, 1944, p. 97.

3 B. Montgomery. Normandy to the Baltic, p. 43.

4 B. Wallace. Patton and his Third Army. Harrisburg, 1946, p. 25.

5 B, Montgomery. Normandy to the Baltic, p. 43.

6 Мировая война 1939—1945 гг. Сборник статей, стр. 432.

7 Там же, стр. 432—433.

8 Там же, стр. 433.

9 Д. Ричардс, X. Сондерс. Военно-воздушные силы Великобритании во второй мировой войне (1939—1945), стр. 519.

10 О. Брэдли. Записки солдата, стр. 309.

11 Д. Ричардс, X. Сондерс. Военно-воздушные силы Великобритании во второй мировой войне (1939—1945), стр. 519.

12 Там же.

13 См. В. Montgomery. Normandy to the Baltic, p. 27. Report by the Supreme Commander to the Combined Chiefs of Staff on the Operations in Europe of the Allied Expeditionary Force 6 June 1944 to 8 May 1945. Washington, 1945, p. 17.

14 C. Rуan. The Longest Day, p. 177.

15 C. Wertenbaker. Invasion. 1944. p. 60

16 См. там же.

17 Там же.

18 О. Брэдли. Записки солдата, стр. 294.

19 Мировая война 1939—1945 гг. Сборник статей, стр. 433.

20 Д. Ричардс, X. Сондерс. Военно-воздушные силы Великобритании во второй мировой войне (1939—1945), стр. 527.

21 Мировая война 1939—1945 гг. Сборник статей, стр. 375.

22 С. Ryan. The Longest Day, June 6, 1944, p. 19.

23 Tам жe, стр. 46.

24 Там же, стр. 53.

25 В. Montgomery. Normandy to the Baltic, p. XI.

26 К. Rieker. Ein Mann verliert einen Weltkrieg. Frankfurt am Main, 1955, S. 11.

27 См. История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941—1945. Т. 4, стр. 190.

28 М. Мэтлофф. От Касабланки до «Оверлорда», стр. 465.

29 А. Сlark. Barbarossa, S 329.

30 Морис Торез. Сын народа. стр. 175-176.

31 D. Eisenhower’s own Story of the War, p. 8.

32 Ф. Погью. Верховное командование, стр. 256.

33 Там же.

34 См. там же.

35 М. Мэтлофф. От Касабланки до «Оверлорда», стр. 547.

36 Шарль де Голль. Военные мемуары. Т. II, 1960. стр. 142.

37 М. Vigneras, Rearming the French. Washington, 1957, p. 343.

38 Шарль де Голль. Военные мемуары. Т. II, стр. 265.

39 М. Vigneras. Rearming the French, p. 125.