2. СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ НА СЛУЧАЙ НЕОЖИДАННО БЫСТРОГО ПОРАЖЕНИЯ ГЕРМАНИИ

Наряду с разработкой планов вторжения в Алжир и Марокко изучалась проблема будущих наступательных операций в Европе. Меморандум Маршалла от 27 марта 1942 г. предусматривал проведение наступательной операции в Западной Европе примерно к 1 апреля 1943 г.1.

Сосредоточение сил и средств в Англии получило кодированное название «Болеро». Переброска войск через Ла-Манш, захват и закрепление стратегического плацдарма было закодировано под названием «Раундап». Соединенные Штаты «изъявили согласие предоставить для вторжения 1 апреля 1943 г. 30 дивизий и 3250 боевых самолетов — всего около 1 млн. человек. При условии выделения англичанами 18 дивизий и 2550 боевых самолетов сил союзников было достаточно для того, чтобы обеспечить превосходство в воздухе и осуществить высадку...»2

Транспортные расчеты показали, что к апрелю 1943 г. американские суда могли перевезти только 40% необходимого количества войск. Все войска они могли бы перебросить лишь к концу лета 1943 г. Но можно было использовать английские суда и суда других стран. И это было предусмотрено.

Меморандум Маршалла заканчивался подробным изложением досрочного вторжения в Западную Европу в сентябре — октябре 1942 г. (план «Следжхаммер») на тот случай, «если Германии или СССР будет грозить катастрофа» 2. Этот план крайней необходимости имел девиз пожарной команды «не опоздать»: в одном случае с оказанием экстренной помощи Советскому Союзу, в другом — с своевременным появлением союзных войск в Западной Европе.

Если не считать план досрочной операции по вторжению в Западную Европу, то действия американцев, как и англичан, в 1942 г. должны были ограничиваться воздушными налетами и небольшими рейдами на побережье противника.

8 апреля американские военные руководители во главе с Маршаллом прибыли в Лондон, где в течение недели обсуждали с английскими начальниками штабов проблемы общей стратегии. 14 апреля в принципе стратегические планы были согласованы.

Основа соглашения была найдена в том, чтобы «прийти на помощь России, если она будет либо в агонии («in extremis), либо, наоборот, если борьба на фронтах окажется для нее столь успешной, что можно будет ускорить высадку в Западной Европе...» 4.

Участники переговоров делали такие оговорки по тому или иному вопросу, что в любой момент планы «Следжхаммер» и «Раундап» могли остаться лишь академическими разработками.

Английские начальники штабов категорически указывали, что операции 1942—1943 гг. придется отложить, если «вооруженные силы и моральное состояние противника не будут ослаблены» 5. Англичане вообще возражали даже в отношении ограниченных по масштабам действий на Европейском континенте в 1942 г., а в отношении 1943 г. соглашались лишь «при условии значительного ослабления немецкой военной мощи»6.

Черчилль рассматривал план «Следжхаммер» как еще один из тех планов операций, которые он сам намечал предпринять, например операция в Норвегии (план «Юпитер»). На протяжении войны в Европе Норвегия всегда была одним из излюбленных объектов Черчилля.

Итоги Лондонского совещания Эйзенхауэр оценивал как согласование принципов единой концепции войны, чтобы не бродить в потемках.

В сущности, стратегические планы на 1942—1943 гг., касающиеся европейского театра военных действий, так и остались академическими разработками, служившими тренировкой для планирующих органов. Мэтлофф и Снелл, например, работу над подготовкой плана «Болеро», проведенную в Вашингтоне весной 1942 г., так и оценивают. Они пишут, что разработка этого плана «явилась для офицеров оперативного управления упражнением, в своем роде столь же полезным, как полезны войскам маневры и учебные занятия» 7.

Другие планы («Следжхаммер», «Раундап») также никого из участников англо-американских штабных совещаний не обязывали. В любой момент их можно было изменить или полностью от них отказаться.

Несмотря на борьбу между монополистическими кругами США и Англии за господство в Европе и в бассейне Средиземного моря, их интересы в политике затягивания открытия второго фронта в Западной Европе в конечном итоге полностью совпадали.

Правящие круги США, принимая решение о высадке своих войск в Северной и Северо-Западной Африке, в числе других причин имели в виду необходимость продемонстрировать начало каких-то активных действий против Германии в 1942 г. Рузвельт опасался того влияния, какое может оказать на умы американского и английского народов продолжавшееся бездействие сухопутных войск США и Англии по отношению к Германии. Его пугали последствия «еще одного периода «странной войны»8. Поэтому Рузвельт считал крайне важным: «Американские сухопутные войска должны сражаться против немцев в 1942 г.» 9.

Северо-Западная Африка с самого начала стратегического планирования военных операции против Германии была признана как одна из наиболее «удобных» отправных точек «для проникновения на Европейский континент.!.»10.

Другой действительно удобной отправной точкой для проникновения на Европейский континент была Англия. Тот же Шервуд пишет, что «Рузвельт начал разрабатывать план скорейшей переброски американских войск в оба эти пункта»11. Однако в Англию планировалось перебросить ничтожно малое количество войск. В конце 1941 г. намечалось отправить 1G тыс. человек. Вскоре это количество сократили до 4 тыс. Шервуд откровенно признает, что планируемая переброска в Англию столь незначительных сил американских войск «была в значительной степени пропагандистским мероприятием, имеющим целью укрепить боевой дух английского народа и убедить русских и народы оккупированных Германией стран в том, что крупные силы американцев прибывают на европейский театр военных действии» 12.

Теоретически американские военные руководители признавали, что основной принцип большой стратегии США заключается в том, что «все имеющиеся ресурсы должны быть брошены на борьбу с Германией, и только минимальное количество может быть использовано для обеспечения жизненно важных интересов союзников на других театрах»13. Практически имевшиеся ресурсы расходовались на других — второстепенных театрах, причем далеко не в минимальных количествах. Одним из таких второстепенных театров являлся бассейн Средиземного моря, так как «военные действия в бассейне Средиземного моря направлены не против Германии, а следовательно, с точки зрения большой стратегии наступательные операции в этом районе не могут считаться наступательными (по отношению к Германии. — В. С.)»14. Американо-английские стратегические планы в отношении Германии, осуществлявшиеся на протяжении 1942—1943 гг., предусматривали «стратегическую оборону и постепенное окружение Германии...» 15

Известные в Советском Союзе американские публицисты, например Ральф Ингерсолл в книге «Совершенно секретно», Эллиот Рузвельт в книге «Его глазами» (изданы в переводе в 1947 г.), пытались завуалировать политику реакционных сил США, направленную к затягиванию второй мировой войны.

Лейтмотивом в их книгах является утверждение, что открытие второго фронта в Европе в 1942—1943 гг. было сорвано исключительно по вине Черчилля и правящих кругов Англии, что на этот счет существовали исключительно острые англо-американские разногласия.

Через 13 лет в Вашингтоне была опубликована книга видного американского историка Мэтлоффа «Стратегическое планирование в коалиционной войне 1943—1944 гг.» (издана в переводе под названием «От Касабланки до «Онерлорда»). В этой книге Мэтлофф также ссылается на английских руководителей, которые на Атлантической конференции еще летом 1941 г. считали, что наступательные действия следует развернуть «на периферии контролируемой немцами территории...»16 и что только они были против наземных действий крупного масштаба, направленных против всей мощи германской военной машины. Мэтлофф акцентирует на том, что именно англичане операцию по форсированию Ла-Манша рассматривали «лишь в качестве завершающего удара против уже обессиленной Германии» 17. Американский историк Палстон также оправдывает американских руководителей. Он пишет, что во время советско-американских переговоров в Вашингтоне в конце мая 1942 г. их усилия были направлены к установлению стратегического курса по совместному ведению войны, но этому мешал якобы только Черчилль, так как он «резко выступал против всякой десантной операции в Европе в 1942 году...»18.

В действительности же по вопросу открытия второго фронта в Европе и осуществления периферийной стратегии правящие круги США и Англии в конечном счете выступали с согласованными решениями, отражавшими истинные желания и стремления сторон. Если Черчилль выступал против открытия второго фронта в Западной Европе на совещаниях и конференциях, то Рузвельт предпочитал закулисную дипломатию.

Вывший премьер-министр Великобритании (1957—1963 гг.) и министр-резидент при штабе англо-американского командования в Северной Африке в 1943—1945 гг. Гарольд Макмиллан отмечает, что, с одной стороны, между CШA и Англией «разногласия имели место по всем без исключения вопросам», а с другой — проявлялось «невиданное в истории единство» 19.

Разногласия по вопросам большой стратегии касались лишь методов достижения политических целей по отношению к СССР. Принципиальные разногласия были по другим вопросам, связанным с империалистическими целями, которые преследовали в ходе второй мировой войны правящие круги США и Англии. Г. Гопкинс, например, не скрывал, что США «борются, конечно, в своих собственных интересах, так же как это делают англичане...»20

Правящие круги Англии стремились установить господство в Европе, используя свою агентуру на Балканах, и воспрепятствовать освобождению балканских стран Советской Армией. Кроме того, они были озабочены «сохранением своего контроля над Средним Востоком и распространением его на район Средиземного моря» 21. Поэтому Черчилль, отстаивая преобладающие интересы английского империализма в зоне Средиземного моря и на Среднем Востоке, доказывал, что основным и решающим театром войны против Германии является средиземноморский театр военных действий.

Правящие круги США имели преобладающие интересы в бассейне Тихого океана, но также стремились к установлению своего господства и в Европе и в бассейне Средиземного моря. Они были не прочь обескровить не только Германию и Советский Союз, но и ослабить Англию. Г. Макмиллан прямо пишет о том, что «тайной и желанной целью Рузвельта была ликвидация Британской империи» 22.

Между Англией и СИ1А время от времени возникали разногласия по вопросу о распределении ресурсов между тихоокеанским и средиземноморским театрами военных действий.

После Вашингтонского совещания в июне 1942 г. американские начальники штабов, обсуждая имеющиеся возможности коренного пересмотра стратегии, согласно которой главным врагом считалась Германия, основное внимание предлагали переключить на Японию. Это означало, что «войну против Германии в Европе пришлось бы вести в меру своих сил русским и англичанам»23. В этом случае англичане продолжали бы осуществление средиземноморской стратегии, предоставив русским в меру своих возможностей вести войну против Германии.

Анализ привел политических руководителей США к следующему. Тихоокеанская стратегия могла ждать своего решения. Средиземноморская стратегия США обещала быть успешной. Северная и Северо-Западная Африка была нужна в качестве трамплина для проникновения американского капитала в страны Ближнего и Среднего Востока, где до второй мировой войны влияние монополистов США было сравнительно слабым.

Одновременно правящие круги США стремились приобрести решающие позиции непосредственно во французских колониях в Северной и Северо-Западной Африке, чтобы затем, используя дипломатические и экономические связи с правительством Виши, обеспечить за собой преобладающее влияние на послевоенную Францию. Поэтому 15 июля 1942 г. Рузвельт в частной беседе с Г. Гопкинсом высказал следующие соображения: «Операция «Джимнаст» имеет большие преимущества, ибо она явилась бы чисто американским предприятием. Она обеспечила бы нам Западную Африку и лишила бы противника портов; она положила бы начало установлению в конечном счете контроля над Средиземным морем»24.

19 августа 1942 г. Маршалл изложил своему штабу суть тех коренных изменений в большой стратегии, которые произошли в связи с окончательным решением о вторжении в Африку. Американские военные руководители не скрывали, что из-за операции «Торч» «почти наверное придется отложить крупную операцию по форсированию Ла-Манша, запланированную на весну 1943 г.» 25.

С самого начала подготовки к выполнению плана «Торч» было совершенно очевидно, что большая часть всех необходимых сил и средств «должна будет поступить из тех ресурсов, которые были запланированы для крупной операции по форсированию Ла-Манша» 26.

8 сентября 8-я американская воздушная армия получила приказ «прекратить активные операции с Британских островов...» 27. 12-я воздушная армия, предназначенная для действии в Северной Африке, комплектовалась за счет 8-й армии.

27 августа 1942 г. оперативное управление штаба армии США сообщило Маршаллу, что в результате принятия плана «Торч» «приостановлена переброска крупного контингента наземных войск в Англию...» 28.

Цифру в 1 млн. человек (по плану «Болеро») военное министерство США в конце лета 1942 г. сократило до 305 тыс. человек.

Осенью 1942 г. военное министерство США, используя благовидный предлог (план «Торч» и возможность обвинить англичан в срыве плана «Следжхаммер»), приняло окончательное решение сократить масштабы накапливания сил на территории Англии, предусмотренные планом «Болеро». В конечном итоге операция «Торч» привела к тому, что резервы, созданные по программе «Болеро», были израсходованы.

В начале декабря 1942 г. на Британских островах находилось 170 тыс. человек американских солдат и офицеров (123 тыс. в наземных войсках и 47 тыс. в авиации)29.

В конце 1942 г. военное министерство США сократило численность американских войск в Англии до 150 тыс. человек 30.

21 сентября в ходе реализации этих мероприятий Черчилль выразил Эйзенхауэру крайнее удивление тем, что план «Торч» исключает возможность осуществления плана «Раундап» в 1943 г. На другой день Черчилль в послании к Рузвельту патетически восклицал: «Как сможем мы примирить с нашей совестью... тот факт, что... не будет сделано никаких попыток провести в Европе наступление весной, летом пли даже осенью (1943 г. — В. С.)»31.

На Лондонском совещании в июле 1942 г. американцам удалось всю вину за срыв плана «Следжхаммер» возложить на Черчилля. Поняв своп промах, Черчилль предпринял попытки всю вину за срыв плана «Раундап» возложить на американцев. Он опасался, «как бы его не обвинили в вероломном нарушении обязательств перед Советским Союзом»32. Поэтому он писал Рузвельту о том, будто «никогда не думал, что попытка открыть второй фронт не будет осуществлена ни в 1943 г., ни в 1944 г.» 33.

Тогда У. Б. Смит, начальник штаба Эйзенхауэра, напомнил Черчиллю, что по договоренности на июльском совещании в Лондоне проведение «Торч» связано с отказом от осуществления операции «Раундап» в 1943 г. и пересмотром расчетов по плану «Болеро» 34.

Американские историки Мэтлофф и Снелл сообщают, что американское командование «имело основание относиться с недоверием к заинтересованности премьер-министра (Черчилля.— В. С.) в операции «Раундап» 35.

Английский историк Батлер пишет даже об убеждении Маршалла и Эйзенхауэра «в том, что английский премьер-министр совершенно не заинтересован в операции «Раундап».

Стимсон также заявил, что «премьер-министру никогда не правилась операция «Болеро»36.

Руководители США и Англии хорошо понимали смысл политической игры, направленной к тому, чтобы вину за срыв открытия второго фронта в Европе в 1942 г. переложить друг на друга. Каждой стороне хотелось предстать перед лицом мирового общественного мнения в лучшем виде.

Таким образом, решения, принятые правительствами США и Англии летом 1942 г., сделали невозможным вторжение во Францию не только в 1942 г., но и в 1943 г.

Общий и только общий замысел вторжения через Ла-Манш оставался в силе на далекое будущее. Этот замысел мог служить лишь «темой для переговоров и штабного планирования» 37.

Стратегические планы, имевшие прямое отношение к Германии («Болеро», «Раундап», «Следжхаммер»), являлись в известной степени продолжением «странной войны» 1939-1940 гг., но другими средствами. По тому или иному из пунктов каждого плана союзники имели в запасе оговорки, которые сводили эти планы на нет. Поэтому план «Болеро — Следжхаммер» с самого начала оставался существовать только на бумаге. Он был подготовлен на случай резкого изменения стратегической обстановки на советско-германском фронте. Те же из планов, которые осуществлялись, не имели непосредственного отношения к Германии на решающем стратегическом направлении. Мэтлофф пришел к выводу, что, несмотря на единодушное решение США и Англии в первую очередь добиться победы над Германией, все же «определенного плана разгрома Германии и освобождения Европы они не имели» 38 .

Споры о второстепенных стратегических планах не носили серьезного характера. Скорее, была видимость спора. Операция «Торч», например, «с самого начала пользовалась поддержкой в высших политических кругах обеих стран... (т. е. США и Великобритании,— В. С.)» 39. Этого не было но отношению к планам вторжения на континент. Американские руководители делали вид, что они вынуждены уступить из-за непримиримой позиции англичан. И англичане и американцы многочисленными совещаниями проводили психологическую подготовку к переносу сроков открытия второго фронта в Северной Франции.

Стратегическое планирование предусматривало проведение операции по форсированию Ла-Манша лишь в качестве завершающего удара против Германии. Иными словами, руководители США и Англии решили ждать, когда процесс истощения Германии подойдет к своему завершению под ударами Красной Армии.

Примечания:

1 См. Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941-август 1942, стр. 513.

2 М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 215

3 М. Мэтлофф. От Касабланки до «Оверлорда», стр. 37.

4 R. Lockart. Comes the Reckoning, p. 175.

5 М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 209

6 М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 209

7 Там же, стр. 230.

8 Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 237.

9 Там же.

10 Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 31-32.

11 Там же, стр. 32.

12 Там же

13 М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 342

14 Там же.

15 Там же, стр. 343.

16 М. Мэтлофф. От Касабланки до «Оверлорда», стр. 34.

17 Там же.

18 W. Рulеstоn. The Influence of Force in Foreign Relations, p. 160.

19 Н. Macmillan. The Blast of War 1939—1945. p. 190.

20 Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 145.

21 P. Leighton and P. Coaktev. Globa! Lcjglsties and Strategy. 1940—1943. Washington. 1955, p. 503.

22 H. Maсmillan. The Blast of War 1939-1945, p. 179,

23 Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 222.

24 Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 232-233.

25 М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 370

26 Там же, стр. 365.

27 Там же, стр. 366.

28 Там же, стр. 371.

29 М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 407

30 Там же.

31 Там же, стр. 375.

32 Там же, стр. 377.

33 Там же, стр. 376.

34 Там же.

35 Там же.

36 См. Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941-август 1942, стр. 476.

37 М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 377

38 М. Мэтлофф. От Касабланки до «Оверлорда», стр. 33—34.

39 Важнейшие решения. Сборник статей, стр. 139.