5. РАЗРАБОТКА США И АНГЛИЕЙ ПЕРИФЕРИЙНОЙ СТРАТЕГИИ

Правящие круги США, базируясь на опыт войны 1914— 1918 гг., с самого начала второй мировой войны «стремились возможно дольше не принимать участия в европейском конфликте...»¹. Видные представители правящих кругов США не скрывали, что США вступят во вторую мировую войну на ее завершающем этапе, так же как это было в первой мировой войне 1914—1918 гг. Американский посол в Париже В. Буллит в феврале 1939 г. имел беседу с польским послом Лукашевичем. Польский посол спросил, вступят ли США в войну, в случае если она разразится в Европе.

Буллит ответил: «Сначала мы, наверное, не будем принимать в ней участие, но мы завершим ее»².

Бывший президент США Герберт Гувер в газете «Нью-Йорк тайме» от 10 февраля 1941 г. политическую цель выразил следующим образом: «Оставаться в стороне наблюдателем, вооруженным до зубов» ³.

Англия на протяжении веков «строила свои планы на теории равновесия сил»⁴. Германия, претендуя на мировое господство, «превратилась в опасность для британской политики равновесия сил в Европе» ⁵.

Поражение Франции в 1940 г. лишило Англию той силы, которая использовалась для создания равновесия сил в Европе. Однако правящие круги Англии не теряли надежды на агрессию Германии против СССР. Они, так же как и США, осуществляли политику выжидания, которая укладывалась в формулу достижения равновесия сил в Европе и позволяла избежать тех тяжелых потерь, которые имели место в сражениях первой мировой воины. В течение первой фазы войны от Англии можно было ждать лишь активного вмешательства вдела Средиземноморского бассейна, где проходят жизненно важные морские пути, которые связывают ее с Востоком. США ограничились тем, что в июне 1941 г., не опасаясь противодействия со стороны Германии, оккупировали Исландию. Северная Атлантика была объявлена зоной патрулирования военно-морского флота США.

Все мероприятия США, включая помощь Англии и обеспечение ее жизненно важных коммуникаций через Северную Атлантику, «имели основной целью обеспечить безопасность самих США»⁶.

После нападения фашистской Германии на Советский Союз проявляется двойственный характер политических целей США и Англии: первая цель — достижение победы над Германией, вторая — максимальное ослабление Советского Союза в длительной войне.

Вторая политическая цель исключала решительный характер ведения войны против Германии, заинтересованность в сокращении сроков окончания войны на советско-германском фронте. Поэтому на протяжении всей войны против Германии военно-стратегические планы США и Англии были двойственными, непоследовательными и противоречивыми.

Американские монополисты были заинтересованы продлить войну и для получения максимальных прибылей. Используя экономическую зависимость Англии от ленд-лиза, они особенно наживались на военных поставках. Так, американские фирмы-поставщики оценивали 1 тыс. патронов в 40 долларов, в то время как в самой Англии соответствующая себестоимость не превышала 18 долларов.

Заинтересованность монополий в военных поставках военно-морской министр США Нокс выразил в газете «Нью-Йорк тайме» от 26 июня 1941 г. следующими словами: «Затяжная война между Германией и Россией работает на пользу США».

Политика выжидания исхода борьбы на советско-германском фронте оказывала прямое влияние на военную стратегию, разработку стратегических планов, методы ведения войны, характер военных действий вооруженных сил.

Рузвельт в беседе с сыном в августе 1941 г. суть стратегии США во второй мировой войне определил следующим образом: «Ты представь себе, что это футбольный матч, а мы, скажем, резервные игроки, сидящие на скамье. В данный момент основные игроки — это русские, китайцы и, в меньшей степени, — англичане. Нам предназначена роль... игроков, которые вступят в игру в решающий момент... Еще до того, как наши форварды выдохнутся, мы вступим в игру, чтобы забить решающий гол. Мы придем со свежими силами. Если мы правильно выберем момент, наган форварды еще не слишком устанут...»⁷

Большая стратегия, или военная политика, Англии определялась принципом: «При ведении войны важно постоянно помнить о тех целях, которых вы желаете достигнуть после войны»⁸. Содержание этих целей раскрывается в письме английского посла в Мадриде С. Хора от 19 февраля 1943 г. испанскому министру иностранных дел Хордана. С. Хор выражал полную уверенность в том, что «победа, которая будет одержана в конце этой войны, будет победой союзников, а не русских, то есть такой победой, при которой Британская империя и США будут пользоваться максимальным влиянием» ⁹.

Уверенность Хора была основана на стратегии максимального взаимного обескровливания Германии и Советского Союза. К концу войны, писал Хор 25 февраля, Россия «будет в значительной мере зависеть от экономической помощи Британской империи и Соединенных Штатов Америки»¹⁰. И далее: к моменту конечной победы «на континенте, несомненно, будут находиться многочисленные английские и американские армии... Они будут состоять из свежих войск первой линии, которых не затронули годы изнурительной войны на русском фронте» ¹¹. В отношении самой Англии Хор сделал следующий прогноз: «Я с уверенностью предсказываю, что к тому времени Англия будет сильнейшей военной державой Европы...» ¹² Все изложенное Хором являлось политической целью правящих кругов Англии.

Усилия большой стратегии были направлены «на достижение политической цели войны — цели, которая определяется большой, или государственной политикой» ¹³.

В соответствии с политическими целями неоднократно переносились сроки открытия второго фронта в Западной Европе, чтобы «заставить других вынести основную силу удара»¹⁴. В этой фразе легко понять, кого имеет в виду Лиддел Гарт.

«Государство,— заключает Лиддел Гарт обобщение опыта второй мировой войны,— которое растрачивает свои силы до полного истощения, делает несостоятельной свою собственную политику и ухудшает перспективы на будущее» ¹⁵.

Сбережение сил для завершения воины и достижения конечных целей политики являлось краеугольным камнем военной стратегии Англии, которая представляла собой не что иное, как периферийную стратегию, часто называемую стратегией непрямых действий или косвенного сближения.

И августа 1941 г., вскоре после подписания соглашения между правительствами СССР и Англии о совместных действиях против фашистской Германии, начальник английского морского штаба Дадли Паунд во время встречи Черчилля и Рузвельта на борту английского линкора «Принц Уэльский» в Арджентии (остров Ньюфаундленд) изложил стратегическую концепцию Черчилля на ведение войны против Германии. Идея заключалась в том, что «удар по Германии следует нанести через Италию и Средиземное море»¹⁶. Более конкретно рисовалась следующая картина: союзные войска выходят на побережье Средиземного моря со стороны всей Северной Африки, продвигаются через Италию на Балканы и только после этого — в Германию.

В течение всего периода постепенного приближения к Германии издалека английские начальники штабов предлагали конкретные действия непосредственно против Германии ограничить блокадой, воздушными бомбардировками, подрывной деятельностью и пропагандой. В ходе конференции сам Черчилль «развил эти идеи перед президентом» ¹⁷.

Английские руководители совместными усилиями убеждали американского союзника в том, что эти паллиативные методы ослабят волю и способность Германии к сопротивлению.

Во время штабных переговоров в Арджентии англичане поставили вопрос об использовании американских войск в совместных операциях с английскими войсками. Стратегическая концепция Рузвельта в это время состояла в том, чтобы в течение некоторого времени не торопиться вступать в войну на стороне Англии, ограничиваясь оказанием материальной помощи англичанам. Выигрыш времени позволял развить военный потенциал, создать, укрепить и организовать значительные вооруженные силы для последующего их использования, «если это потребуется...»¹⁸. Вооруженные силы согласно этой стратегической концепции должны были принять участие в военных действиях «небольшими, не имеющими решающего значения частями...» ¹⁹.

С 23 декабря 1941 г. по 14 января 1942 г. в Вашингтоне проходила конференция политических и военных руководителей США и Англии. Советские представители не были приглашены, потому что руководители США и Англии уклонялись от согласованных действий всех участников антигитлеровской коалиции.

На конференцию Черчилль приехал с готовым планом большой стратегии, в котором говорилось, что «главными факторами в ходе войны в настоящее время являются поражения и потери Гитлера в России... Ни Великобритания, ни Соединенные Штаты не должны принимать никакого участия в этих событиях, за исключением того, что мы обязаны с пунктуальной точностью обеспечить все поставки снабжения, которые мы обещали» ²⁰.

При обсуждении своего плана Черчилль выразил надежду, что к концу войны Соединенные Штаты и Британская империя будут далеко не истощены и будут представлять собой наиболее мощный по своей экономике и вооружению блок, какой когда-либо видел мир.

Безоговорочную поддержку Черчиллю оказывали военные руководители Англии. Начальник британского генерального штаба Алан Брук самым решительным образом настаивал на том, что удар во Франции, а затем в сердце Германии следует нанести тогда, когда «германская армия будет истощена русскими...» ²¹. И не только он. Английские военное руководство «отдавало предпочтение периферийным кампаниям, за которыми, по его мнению, должен был последовать главный удар по уже истощенному и ослабленному противнику» ²².

Основную тяжесть войны англичане предлагали возложить на русских. В ходе конференции они добивались согласия американцев наметить вторжение на Европейский континент «как стратегическую цель на 1943 г.»²³. Основные принципы английского плана большой стратегии были изложены в меморандуме английских начальников штабов от 22 декабря 1941 г. На первом этапе англичане предложили сосредоточить усилия в «замыкании и стягивании кольца вокруг Германии...»²⁴. Главная цель первого этапа, писали начальники штабов в меморандуме, «будет состоять в укреплении этого кольца...»²⁵. На втором этапе они намечали «ограниченные наступательные действия на материке Европы...» ²⁶.

Американцам было совершенно ясно, что намечаемые англичанами действия против Германии «не будут носить решительного характера. Они будут осуществляться чрезвычайно небольшими силами и с весьма сомнительными шансами на успех» ²⁷.

Наиболее подходящими направлениями для ограниченных действий были определены направления «или через Средиземное море, или из Турции на Балканы...»²⁸. Эти направления стали основными английскими предложениями при обсуждении всех дальнейших вариантов коалиционной англо-американской стратегии.

Американскую стратегию к началу Вашингтонской конференции английские историки называют «неопределенной» и даже «несколько двусмысленной»²⁹. Американские стратеги, с одной стороны, считали, что войну в Европе можно выиграть лишь прямым нападением на Германию в Северо-Западной Европе, с другой — «предпочитали остаться в стороне до тех пор, пока вооруженные силы Соединенных Штатов не будут достаточно мощными для завершающего сокрушительного удара» ³⁰. США соглашались с английской идеей периферийной стратегии, и в то же время такие районы, как Африка и Средний Восток, ими «рассматривались как второстепенные»³¹. Американских руководителей устраивала позиция выжидания вооруженной борьбы на советско-германском фронте, но в то же время они не были заинтересованы сражаться за английские интересы в Африке и на Среднем Востоке.

На конференции были сформулированы основные согласованные принципы стратегического планирования. Американские и английские представители согласились, что первой и главной целью англо-американской большой стратегии должно быть поражение Германии.

В памятной .записке американского и английского комитетов начальников штабов по вопросам американской и английской стратегии, принятой на первой Вашингтонской конференции, большая стратегия была сформулирована в следующих выражениях: «Мы по-прежнему считаем Германию главным противником: ее разгром является ключом к победе»³².

Хотя принцип «сперва Европа» сохранял свою силу до конца войны, вопрос о том, как понимать и применять на практике принцип о первенствующем значении европейского театра, возник сразу же после того, как он был сформулирован. Почти в течение всей войны в Европе англичане и американцы не раз меняли свое понимание этого принципа из-за расхождений в определении места и времени нанесения главного удара.

В памятной записке английские и американские начальники штабов не ответили на вопрос о том, как принцип «сначала Германия» должен осуществляться на практике. Это случилось потому, что они не собирались торопиться с нанесением главного удара по Германии. Главными чертами упомянутой большой стратегии являлось «постепенное сжатие кольца вокруг Германии; изматывание сил противника и ослабление его воли к сопротивлению путем бомбардировок, блокады, диверсионных действий и пропаганды»³³. Сжатие кольца вокруг Германии было намечено «по линии Архангельск, Черное море, Анатолия, северное побережье Средиземного моря и западное побережье Европы»³⁴.

Периферийная стратегия раскрывала двойственную политику правящих кругов США и Англии но отношению к Советскому Союзу.

Поэтому в упомянутой записке комитетов начальников штабов можно встретить, с одной стороны, утверждение, что главной чертой большой стратегии США и Англии является «непрерывное наращивание наступательных действий против Германии», а с другой — практический вывод: «Маловероятно, что в 1942 г. появится возможность осуществить крупные наземные наступательные операции против Германии где-либо, кроме советско-германского фронта»³⁵.

Американские и английские стратеги пришли к согласию, что Советский Союз в 1942 г. будет вести борьбу с главными силами гитлеровской военной- машины, что они будут готовиться к тому, чтобы «открыть путь на континент в 1943 году...»³⁶ Намечались следующие варианты: либо через Средиземное море, или из Турции на Балканы, либо путем высадки в Западной Европе. Причем сроки завершающей операции и методы ее проведения не были оговорены.

В качестве ближайшей стратегической цели была избрана Северная и Северо-Западная Африка.

23 декабря 1941 г., на первом же заседании англо-американских политических и военных руководителей, Черчилль сообщил, что «английские войска, насчитывающие 55 тыс. человек, и необходимые суда стоят в готовности двинуться в Алжир...» ³⁷.

План английской экспедиции в Северную Африку, предложенный Черчиллем, получил кодовое наименование «Джим-наст». Одновременно с высадкой английских войск в Алжире войска США, по проекту Черчилля, «приступят, с согласия французов, к высадке на побережье Марокко» ³⁸. Для этой цели «у нас есть и морской транспорт» ³⁹,— писал Черчилль.

План Черчилля означал, что так называемое стягивание кольца вокруг Германии начиналось с Африканского континента, чтобы затем наступать через Средиземное море в Италию и в конечном счете в далеком будущем — в Германию. Более длинный путь трудно было придумать.

Старший советник штаба армии США по вопросам стратегии генерал-майор Эмбик, ознакомившись с английским планом большой стратегии, не мог не выразить своего удивления тем, что этот план основан «скорее на политических соображениях, нежели на здравых стратегических расчетах» ⁴⁰. Политические соображения Черчилля были связаны прежде всего с сохранением Британской империи.

В американской литературе по истории второй мировой войны можно встретить попытки убедить читателей в том, что вторжения в Северную Африку добивался Черчилль, а не американские политические и военные руководители. Однако многие видные представители правящих кругов США не считают нужным скрывать, что «идея вторжения и Африку была не новой. Рузвельт имел это в виду в течение долгого времени...»⁴¹

Бывшему личному адъютанту Эйзенхауэра капитану 2 ранга Батчеру стало известно о том, что «президент Рузвельт предложил провести такую операцию еще до вступления Соединенных Штатов в воину (т. е. до 7 декабря 1941 г.— В. С.)»⁴². Американские начальники штабов «знали о проекте оккупации Французской Северной Африки»⁴³. Мэтлофф пишет, что еще до 7 декабря 1941 г. американские военные планы предусматривали «взятие Дакара»⁴⁴.

26 декабря 1941 г. в ходе Вашингтонской конференции оперативное управление армии США представило первый проект плана высадки американских войск в Северо-Западной Африке. Поэтому прийти к соглашению не представляло труда. К. Хэлл записал в своем дневнике, что «во время посещения президента премьер-министром Черчиллем до и после рождества 1941 г. оба государственных деятеля решили направить в Северную Африку англо-американские экспедиционные силы» ⁴⁵.

12 января обсуждался план совместной высадки американо-английских войск в Северной и Северо-Западной Африке. На заседании присутствовали Рузвельт, Черчилль, Бивербрук, Гопкинс, Маршалл, Арнольд, Дилл, Порталл и др. На этом совещании высадка американо-английских войск в Северной Африке «была запланирована на начало марта 1942 г....»⁴⁶. Было решено, что американские войска вторгнутся в Марокко, а английские — в Алжир.

Разногласия возникли по вопросу, кто и сколько должен выделить сил и средств для проведения совместной операции но высадке американо-английских войск во Французской Северной и Северо-Западной Африке (план «Суперджимнаст»). Англичане предложили выделить одну американскую дивизию морской пехоты и четыре английские дивизии, американцы предложили наоборот — одну английскую дивизию и шесть американских дивизий.

После долгих споров о том, какой флаг будет преобладать, обе стороны пришли к соглашению, что операция будет проведена на паритетных началах. Потребность в силах и средствах на первые три месяца операции была определена в 6 дивизий, включая 2 бронетанковые дивизии, и 348 самолетов (в основном американских).

Американская доля сил превышала 60 тыс. человек⁴⁷. Американские суда всех типов могли перевезти одновременно около 200 тыс. человек⁴⁸. Эта цифра из официального доклада начальника управления тыла армии США бригадного генерала Б. Сомервелла и его советника по перевозкам полковника Ч. Гросса от 26 декабря 1941 г. свидетельствовала о возможностях обеспечения более значительной по своим целям десантной операции.

В ходе Вашингтонской конференции 1 января 1942 г. была подписана декларация «объединившихся наций». В декларации подчеркивалось, что каждое правительство обязуется употребить все свои ресурсы против тех держав оси, с которыми это правительство находится в состоянии войны. Основной принцип большой стратегии требовал, чтобы все имеющиеся ресурсы были брошены на борьбу с Германией. Между тем правящие круги США и Англии не использовали все возможности для того, чтобы совместными с Советским Союзом усилиями ускорить окончание второй мировой войны.

На первом месте в списке стран, подписавших декларацию, стояли США и Англия, как активно ведущие войну⁴⁹. Но так как в действительности этого не было, то военная экспедиция в Африку была нужна еще и для того, чтобы иметь возможность ссылаться на якобы активное участие во второй мировой войне. Маршалл во время заседания 23 декабря 1941 г. записал, что заинтересованность американской стороны в предложении Черчилля заключалась в том, что десантная операция в Алжир и Марокко давала возможность Соединенным Штатам «почувствовать, что они ведут войну...» ⁵⁰. В этом заключалась, конечно, только одна из причин заинтересованности правящих кругов США — «иметь американские войска в активных боевых действиях где-либо по ту сторону Атлантического океана» ⁵¹. «Где-либо» означало Африку, а не Западную Европу.

Мэтлофф и Снелл пишут, что замыкание и стягивание кольца вокруг Германии по методу Черчилля для создания иллюзии активных действий против Германии, «очевидно, было весьма подходящим для этой цели образом действий»⁵². Однако эта истинная цель, в числе других, была настолько бесспорной, что американские начальники штабов на протяжении всей конференции «избегали спорить по поводу разумности стратегии окружения и предложенного в качестве первого шага для ее осуществления занятия Северной Африки» ⁵³.

В ходе Вашингтонской конференции был сформулирован принцип единства командования. Этот принцип отражал объективную необходимость и, несомненно, имел положительное значение в решении проблемы коалиционного руководства. Однако осуществить этот принцип полностью мешали англо-американские империалистические противоречия. Участники конференции договорились об учреждении объединенного штаба начальников штабов: от США — начальник штаба армии генерал Дж. Маршалл, начальник штаба, а позже одновременно и главнокомандующий ВВС — генерал Г. Арнольд, начальник морских операций адмирал Э. Кинг, а затем адмирал Старк, с июля 1942 г.— начальник личного штаба президента адмирал У. Леги; от Великобритании — миссия объединенного английского штаба во главе с Джоном Диллом⁵⁴.

В задачу объединенного штаба входила разработка проблем ведения войны и развития военной стратегии двух стран. Штаб подчинялся политическому руководству — президенту США Ф. Рузвельту и премьер-министру Великобритании У. Черчиллю. Оба они принимали самое непосредственное и активное участие в решении всех вопросов ведения войны⁵⁵. Практическая работа аппарата единого командования началась в марте 1942 г. Весь мировой театр военных действий был разделен на сферы ответственности в соответствии с политическими интересами США и Англии. Английская сфера включала Африку, Средний Восток, Индию, Юго-Восточную Азию. Американская сфера — Западное полушарие, зону Тихого океана с Австралией и Китаем. В ходе войны США сумели проникнуть в сферу интересов Англии⁵⁶.

В конце работы Вашингтонской конференции Рузвельт и Черчилль договорились совместную операцию в Африку отложить до мая 1942 г.⁵⁷.

Правительство Виши было в курсе американских планов по отношению к французским владениям в Северной Африке. Французский атташе в Швейцарии в январе 1941 г. имел беседу с американским военным атташе подполковником Леггом, также аккредитованным в Берне (Швейцария). Во время беседы американский военный атташе дал понять, что американцы вступят в войну и будут вынуждены оккупировать Французскую Северную и Северо-Западную Африку. Французский военный атташе в ответе заметил, что вряд ли США смогут осуществить такую сложную военную операцию, тем более что правительство Виши организует военное сопротивление этой высадке. На это подполковник Легг ответил, что военная экспедиция может быть осуществлена хоть сегодня.

Одновременно с разработкой американо-английского плана вторжения в Северную Африку происходили дипломатические переговоры с Советским правительством по вопросу открытия второго фронта в Европе в 1941 г.

Внутри англо-советско-американской коалиции имелись противоречия. Самым серьезным разногласием был вопрос об открытии второго фронта в Северной Франции.

Что же должен был представлять собой второй фронт в Европе? После того как правительство Англии заключило соглашение с правительством СССР о совместных действиях в войне против Германии, Советское правительство 18 июля 1941 г. обратило внимание английского правительства на то, что второй фронт нужно создать именно в Северной Франции, то есть в непосредственной близости от границ фашистской Германии и на кратчайшем направлении к ее жизненно важным центрам.

3 сентября 1941 г. Советское правительство заявило о том, что необходимо открыть второй фронт во Франции, который смог бы «оттянуть с восточного фронта 30—40 немецких дивизии...»⁵⁸ Только фронт на севере Франции мог бы оттянуть силы Гитлера с Востока, причем только в том случае, если его в какой-то мере можно было бы сравнить по стратегическому значению с тем фронтом, который имел место во Франции в первую мировую войну. Например, к сентябрю 1915 г. на Восточном фронте против русских войск находилось 65 германских дивизий, а 90 германских дивизий сражались на Западном фронте против англо-французских армий.

Одновременная вооруженная борьба на двух главных фронтах лишала германское верховное командование возможности создать решающее превосходство на каком-либо одном фронте. Исторический опыт показал безнадежность для Германии войны на два фронта. Поэтому предложение Советского правительства исходило из учета исторического опыта.

Видные представители правящих кругов США и Англии выступали за оказание Советскому Союзу не только экономической, но и военной помощи в войне против Германии. Довод в пользу оказания немедленной и эффективной помощи Советскому Союзу лорд Бивербрук, например, сформулировал в письме к Г. Гопкинсу следующим образом: «Если мы не поможем русским сейчас, они могут потерпеть поражение. Тогда Гитлер, освобожденный наконец от беспокойства относительно Востока, сосредоточит все свои силы против нас на Западе»⁵⁹.

Этими соображениями руководствовались правящие круги и Англии и США при вступлении в антигитлеровскую коалицию и при оказании экономической помощи Советскому Союзу.

27 июня 1941 г. Бивербрук выступил с идеей проведения крупных рейдов на северное побережье Франции. Этот шаг объясняется тем, что Бивербрук принадлежал к трезвым и дальновидным представителям правящих кругов Англии. Он хорошо понимал, что участь Англии зависит от исхода войны на Востоке. Иден присоединился к заявлению Бивербрука. Вслед за этим английский посол в Москве Стаффорд Криппс официально поставил в известность Советское правительство о том, что английское правительство собирается осуществить десантную операцию во Францию. Однако в сообщении английского посла ни слова не говорилось о том, когда точно это должно произойти.

Ответ на этот вопрос содержался в следующих словах Бивербрука, относящихся к октябрю 1941 г.: «Наша стратегия войны все еще основывается на планах далекого будущего» ⁶⁰.

В ответ на предложение Советского правительства от 18 июля о создании второго фронта в Северной Франции Черчилль сообщил, что «начальники штабов не видят возможности сделать что-либо в таких размерах, чтобы это могло принести Вам хотя бы самую малую пользу» ⁶¹.

С критикой английских начальников штабов видов вооруженных сил выступил Бивербрук. «Нелепо утверждать,—заявил он,— что мы ничего не можем сделать для России» ⁶².

Заявляя, что ничего нельзя сделать для России, английские начальники штабов давали возможность Черчиллю ссылаться на непреодолимые военные трудности, якобы не зависящие от политического руководства. Однако проблема заключалась всецело в установках именно политического руководства.

В сентябре 1941 г. Советское правительство было вынуждено заявить английскому правительству, что «немцы считают опасность на Западе блефом и безнаказанно перебрасывают с Запада все свои силы на Восток, будучи убеждены, что никакого второго фронта на Западе нет и не будет. Немцы считают вполне возможным бить своих противников поодиночке: сначала русских, потом англичан»⁶³.

В октябре 1941 г. после своего возвращения из Москвы государственный министр Бивербрук подтвердил этот факт. Он заявил, что «немцы могут безнаказанно перебрасывать свои дивизии на Восток именно потому, что наши генералы до сих пор считают континент запретной зоной для английских войск...» ⁶⁴. Английские военные руководители «постоянно проявляли нежелание предпринимать наступательные действия» ⁶⁵. Так считать и, самое главное, соответственно этому действовать английские военные руководители могли только с согласия политического руководства. Американский историк Пал-стон писал, что мнение английских начальников штабов «точно отражает взгляды Черчилля» ⁶⁶.

К изучению стратегических проблем второй мировой войны военное министерство США приступило еще до того, как Япония 7 декабря 1941 г. напала на Пирл-Харбор (военно-морская база Тихоокеанского флота США на Гавайских островах), а Германия и Италия объявили 11 декабря 1941 г. войну США.

В сентябре 1941 г. военное министерство США приступило к составлению стратегических расчетов на случай вступления США в войну. При расчете потребностей армии офицеры, разрабатывавшие планы, исходили из «основных положений политики США» ⁶⁷.

Уже тогда возникал вопрос: кого из своих потенциальных противников следует разгромить раньше?

Руководство армии США считало, что главным театром военных действий будет Европа и что победа над возможными противниками (Германия, Италия и Япония) будет зависеть прежде всего от разгрома Германии.

Подготовку вооруженных сил к окончательным, решающим боевым действиям планировалось завершить «не раньше 1 июля 1943 г.»⁶⁸

Военные действия штаб армии США намечал «сначала оборонительные, затем наступательные...» ⁶⁹. До начала решительных сухопутных действий на Европейском континенте «программа победы» предусматривала завоевание подавляющего превосходства в воздухе с использованием военно-воздушных баз на английских островах. В эту программу было записано условие, что корабли противника будут изгнаны из Атлантического океана и Северного моря. Кроме того, из плана английских начальников штабов американский штаб армии заимствовал метод блокады, подрывной деятельности и пропаганды. До перехода в решительное наступление военные руководители США и Англии собирались ослабить основу германской военной мощи путем распыления сил противника, действуя на периферии гитлеровской «крепости». По выражению американского историка Т. Хиггинса, оборонительная стратегия США и Англии была прямым продолжением периода «странной войны» ⁷⁰. Военная стратегия определялась политическими целями правящих кругов США и Англии, осуществлявшимися в скрытой форме,— не торопиться с окончанием второй мировой войны. Западные державы стали ожидать дальнейшего развития событий на советско-германском фронте.

* * *

Таким образом, после поражения Франции и особенно после нападения фашистской Германии на Советский Союз правящие круги США и Англии проводили выжидательную политику. В полном соответствии с политикой выжидания исхода вооруженной борьбы на советско-германском фронте в 1941 г. разрабатывалась стратегия непрямых действий по отношению к Германии. США и Англия планировали в выгодный для себя момент начать наступление против Германии через Западную и Северо-Западную Африку, из районов, которые находились за тысячи километров от жизненно важных центров фашистского блока в Европе. Стратегия косвенного сближения еще до ее осуществления означала, что военные действия на периферии гитлеровской «крепости» примут затяжной характер.

Фашистской Германии удалось удержать стратегический плацдарм в Северной Африке, но завоевание Египта, Суэцкого канала и всей Африки, так же как и завоевание Англии, гитлеровцы отложили до выполнения блицкрига против Советского Союза. Влияние советско-германского фронта на стратегическую обстановку в Северной Африке выразилось в переброске на советско-германский фронт немецкой авиации из бассейна Средиземного моря и в пассивной обороне итало-немецких войск на границе с Египтом.

Срыв Красной Армией гитлеровского плана «молниеносной» войны устранял потенциальную угрозу немецко-фашистского вторжения в Англию.

Свобода действий была использована Англией для того, чтобы заняться укреплением своих стратегических позиций в бассейне Средиземного моря.

У США были собственные планы в бассейне Средиземного моря и в других районах земного шара, продиктованные империалистическими интересами: расширение позиций в Атлантике и Средиземноморье за счет поверженной Франции и слабеющей Англии.

На Атлантической конференции Рузвельта и Черчилля (10—15 августа 1941 г.) была подтверждена стратегическая концепция не торопиться в Европу.

Участники первой Вашингтонской конференции признавали, что Германия является врагом номер один, но в основу стратегического планирования была положена идея постепенного стягивания кольца вокруг Германии: начиная с Африканского континента наступать через Средиземное море в Италию и в конечном счете в Германию.

Средиземноморская стратегия не мешала фашистской Германии вести войну против Советского Союза на востоке Европы.

Примечания:

¹ М. Mэтлофф. От Касабланки до «Оверлорда», стр. 24.

² Ю. М. Мельников. США и гитлеровская Германия. М., Госполитиздат, 1959, стр. 318.

³ W. Foster. History of the Communist Party of the United States. New York. 1952, p. 401.

⁴ М. Mэтлофф. От Касабланки до «Оверлорда», стр. 23.

⁵ A. Kesselring. Gedanken zum zweiten Weltkrieg, S. 79.

⁶ S. Connand В. Fairchild. The Framework of Hemisphere Defence, p. 411

⁷ Э. Рузвельт. Его глазами. 1947. с. 68-69

⁸ Б. Лиддел Гарт. Стратегия непрямых действии, стр. 483.

⁹ J. Fuller. The Decisive Battles of the Western World and their Influence upon Histon. Vol. III. London, 1956, p. 540.

¹⁰ Там же, стр. 541.

¹¹ Taм же.

¹² Там же.

¹³ Б. Лиддел Гарт. Стратегия непрямых действий, стр. 442.

¹⁴ В. Llddel Hart. Defence of the West, p. 61.

¹⁵ Б. Лиддел Гарт. Стратегия непрямых действий, стр. 483.

¹⁶ М. Мэтлофф. От Касабланки до «Оверлорда», стр. 34.

¹⁷ Там же.

¹⁸ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 75.

¹⁹ Там же, стр. 76.

²⁰ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 246.

²¹ S. Моrisоn. The Invasion of France and Germany 1944—1945. Boston, 1957, p. 16.

²² Важнейшие решения. Сборник статей, стр. 128.

²³ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 118.

²⁴ Там же.

²⁵ Там же.

²⁶ Там же, стр. 119.

²⁷ Там же, стр. 120.

²⁸ Там же, стр. 119.

²⁹ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 267.

³⁰ Там же, стр. 366.

³¹ Там же, стр. 267.

³² Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 506.

³³ Там же.

³⁴ Там же, стр. 508.

³⁵ Там же.

³⁶ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 274.

³⁷ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 121.

³⁸ Там же.

³⁹ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 247.

⁴⁰ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 123.

⁴¹ W. Leahy. I was there, p. 135.

⁴² См. Н. Butcher. My Three Years with Eisenhower, 1946. p. 12

⁴³ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 121.

⁴⁴ См. там же, стр. 122.

⁴⁵ The Memoirs of Cordell Hull. Vol. II, p. 1127.

⁴⁶ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс. Глазами очевидца, т. 2, 1958. стр. 32.

⁴⁷ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 128.

⁴⁸ См. там же, стр. 127.

⁴⁹ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 19.

⁵⁰ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 124.

⁵¹ Там же.

⁵² М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 124.

⁵³ Там же.

⁵⁴ American Military History 1607— 1958. Washington, 1959, p. 382.

⁵⁵ См. A. Buchanan. The United States and World War II. Vol. I, New York, 1964, p. 144.

⁵⁶ Cm. G. Smith. American Diplomacy during the Second World War 1941—1945. New York, 1965, p. 22.

⁵⁷ См. М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 203.

⁵⁸ Переписка..., т. 1, стр. 19.

⁵⁹ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 1, стр. 613.

⁶⁰Там же, стр. 612.

⁶¹ Переписка..., т. 1, стр. 12.

⁶² Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 1, стр. 612.

⁶³ Переписка..., т. 1, стр. 19.

⁶⁴ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 1, стр. 613.

⁶⁵Там же, стр. 612.

⁶⁶ W. Puleston. The Influence of Force in Foreign Relations. London, 1955, p. 151.

⁶⁷ См. М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 80.

⁶⁸ См. М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 80.

⁶⁹ Там же.

⁷⁰ Т. Higgins. Winston Churchill and the Second Front 1940—1943. New York, 1957, p. 74.

{mospagebreak title= САБОТАЖ ПРАВЯЩИМИ КРУГАМИ США И АНГЛИИ ОТКРЫТИЯ ВТОРОГО ФРОНТА В ЕВРОПЕ}

САБОТАЖ ПРАВЯЩИМИ КРУГАМИ США И АНГЛИИ ОТКРЫТИЯ ВТОРОГО ФРОНТА В ЕВРОПЕ

1. ВМЕСТО ЕВРОПЫ АФРИКА

В. И. Ленин писал о том, что «искренность в политике есть вполне доступное проверке соответствие между словом и делом»¹. На словах создавалась иллюзия решимости правительств США и Англии вести активные действия против Германии, а на деле они решили отказаться от активного участия в вооруженной борьбе на стороне Советского Союза. До 6 июня 1944 г. США и Англия осуществляли периферийную стратегию постепенного замыкания и стягивания кольца вокруг Германии, или, проще говоря, стратегию малых дел. Главным звеном в этой цепи была выбрана Северная и Северо-Западная Африка.

25 марта 1942 г. у Рузвельта состоялось совещание, на котором присутствовали морской министр Нокс, военный министр Стимсон, Г. Гопкинс, начальник штаба армии Маршалл, главнокомандующий военно-воздушными силами Арнольд. Речь шла о политике США в районе Средиземного моря. Обсуждался план высадки американских войск в Марокко. Этот план был одобрен всеми присутствовавшими на совещании, а Черчилль проинформирован об одобрении подготовленного стратегического плана.

В конце мая 1942 г. советская делегация вела в Лондоне и Вашингтоне переговоры об открытии второго фронта в Европе в 1942 г. Во время этих переговоров в Лондоне английское правительство уклонилось от определенного ответа относительно открытия второго фронта в Европе до выяснения точки зрения правительства США на этот вопрос. Черчилль заявил, что он будет в состоянии дать конкретный ответ только после переговоров советской делегации в Вашингтоне, а пока не может обещать ничего определенного.

На совещании в Вашингтоне 29 мая 1942 г. Рузвельт, Гопкинс, Маршалл и начальник главного морского штаба Кинг были единодушны в том, что имеется возможность открыть второй фронт в 1942 г. Тогда Рузвельт «объявил, что может информировать Советское правительство о намерении союзников открыть второй фронт в 1942 г.»² Маршалл подтвердил, что у Соединенных Штатов «есть для этого достаточно обученных войск и снаряжения...»³. Однако он сделал оговорку, что США недостает транспортных средств. В то же время Маршалл настаивал, чтобы не было упоминания о 1942 годе.

На другой день состоялось совещание Рузвельта с начальниками штабов, на котором была зачитана телеграмма для отправки Черчиллю. В телеграмме говорилось о том, что военные действия по плану «Следжхаммер» (вторжение в Западную Европу ограниченными силами для захвата плацдарма) должны начаться в августе 1942 г.

При встрече советской делегации с Рузвельтом и Гопкинсом 1 июня 1942 г. президент повторил: «Мы надеемся на создание второго фронта в этом году» ⁴.

Более того, Рузвельт даже заявил, что «определенно рассчитывает открыть второй фронт в 1942 г.» ⁵.

Торжественные заверения правительств США и Англии об открытии второго фронта в Европе были включены в советско-американское и советско-английское коммюнике, оба от 12 июня 1942 г. В обоих коммюнике объявлялось, что при переговорах «была достигнута полная договоренность в отношении неотложных задач создания второго фронта в Европе в 1942 г.»⁶. Подписывая это торжественное обещание открыть второй фронт в Европе в 1942 г., руководители США и Англии знали, что оно не будет выполнено.

На заседании английского военного кабинета 11 июня, накануне опубликования в Лондоне и Москве англо-советского коммюнике, «была достигнута общая договоренность о том, что мы (т. е. англичане.— В. С.) не должны высаживать крупные силы на континент в 1942 г. до тех пор, пока не будем уверены в нашей способности удержать захваченный плацдарм...»⁷ Черчилль, выступая на этом заседании, говорил о том, чтобы не открывать второй фронт во Франции «до тех пор, пока немцы не будут деморализованы дальнейшим отступлением в России»⁸.

В .меморандуме английского правительства от 10 июня 1942 г. говорилось следующее: «Мы готовимся к десанту на континенте в августе или сентябре 1942 г.» ⁹. Упоминание об осени 1942 г. было оставлено на случай, предусмотренный планом «Следжхаммер». Однако уже на другой день решение английского правительства «нанесло сокрушительный удар всем планам операции «Следжхаммер» ¹⁰. Этот удар был нанесен еще раньше. 28 мая 1942 г. Рузвельт получил телеграмму от Черчилля, в которой говорилось: «Мы никогда не должны упускать из виду операцию «Джимнаст». Все другие приготовления будут, если необходимо, способствовать этому»¹¹. Американское руководство восприняло эту телеграмму «как отказ от вторжения на континент в 1942 и 1943 гг.» ¹².

В упомянутом выше меморандуме английского правительства от 10 июня 1942 г. имелась оговорка, которая на нет сводила заявление о подготовке к высадке десанта осенью 1942 г.: «Мы не можем дать никакого обещания в этом вопросе...»¹³. В памятной записке Черчилля от 14 августа 1942 г. упоминается и меморандум от 10 июня 1942 г. и эта оговорка.

М. Галлахер утверждает, что «советская послевоенная пропаганда ничего не сообщала об этой памятной записке...» ¹⁴. Но это утверждение заведомая ложь, потому что полный текст памятной записки У. Черчилля от 14 августа 1942 г. был опубликован за 6 лет до появления книги М. Галлахера¹⁵.

Таким образом, англо-американские декларации об открытии второго фронта в Европе в августе — сентябре 1942 г. не отражали истинных замыслов правящих кругов США и Англии. Американский историк Гренфелл, говоря о Черчилле, обращает внимание на то обстоятельство, что «заявления политического деятеля не всегда выражают его сокровенные намерения»¹⁶. Американский историк Ч. Уэртенбейкер называет выражение Рузвельта «крайняя необходимость второго фронта в 1942 г.» знаменитым двусмысленным выражением¹⁷.

Вскоре после опубликования коммюнике от 12 июня 1942 г. Рузвельт сообщил Маршаллу и Кингу, а затем и Черчиллю, что это коммюнике «имело целью лишь обнадежить советское правительство» ¹⁸. Черчилль тотчас же направил в Вашингтон адмирала Маунтбэттена с задачей подготовить почву для пересмотра соглашения об открытии второго фронта в Европе в 1942 г.

Маунтбэттен приступил к своей миссии с изложения проекта Черчилля, который заключался в том, чтобы наряду с высадкой десанта в Северной Африке захватить небольшой плацдарм в Северной Норвегии (план «Юпитер»). Затем он информировал Рузвельта и Гопкинса «об отрицательном отношении английского правительства к плану форсирования Ла-Манша и захвата плацдарма на Европейском континенте в 1942 г. (план «Следжхаммер»)»¹⁹.

Для руководителей США не оставалось никаких сомнений в том, что английское правительство не собиралось и не желает осуществить открытие второго фронта в 1942 г. Руководители США сами этого не желали, но выявили истинное отношение к плану «Следжхаммер» не сразу. Сначала Рузвельт предложил отложить эту операцию до конца осени 1942 г. Маунтбэттен возразил, что в этом случае до зимы войска не успеют захватить какой-либо крупный порт, например Шербур, и останутся зимой без снабжения. Далее Маунтбэттен напомнил о предупреждении Черчилля: «Не забывать плана «Джимнаст» ²⁰. И только после этого Рузвельт как бы под напором неопровержимых доводов Маунтбэттена высказался за отправку во Французскую Северную Африку шести американских дивизий, «предназначавшихся к отправке (летом и в начале осени) в Англию» ²¹

19 июня 1942 г. в Вашингтон прибыл сам Черчилль со своим штабом для продолжения миссии Маунтбэттена. Переговоры Черчилля в Вашингтоне были направлены на выяснение конкретных форм замены второго фронта в Европе вторжением англо-американских войск во Французскую Северную Африку. Политические и военные руководители США еще в ходе Вашингтонской конференции 1941 —1942 гг. сделали выбор в пользу плана «Джимнаст» вместо плана «Следжхаммер».

Инициатива приглашения Черчилля исходила от американских руководителей. Г. Гопкинс еще в начале июня 1942 г. писал Черчиллю, что «есть вопросы высокой политики, которые Вам следует обсудить с президентом, и он надеется, что Вы сможете приехать сюда ненадолго»²². Вопросы относились к окончательному выбору стратегического плана на 1942 г. Выбор плана базировался на основном условии: Англия и Соединенные Штаты «должны быть готовы действовать в соответствии с быстро меняющейся обстановкой на Восточном фронте» ²³.

Победа Красной Армии под Москвой заставила англо-американских союзников по-иному отнестись к силе и возможностям Советского Союза. Английские начальники штабов высказали предположение, что Красная Армия сможет удержать фронт в течение осени 1942 г. и зимы 1943 г., а так как фронт находился на достаточно далеком расстоянии от границ Германии, то «целесообразно готовиться к вторжению на континент в 1943 г.» ²⁴.

В Вашингтоне Черчилль засыпал Рузвельта вопросами относительно того, что конкретно делается американскими военными руководителями по подготовке форсирования Ла-Манша в сентябре 1942 г.: «Имеет ли такой план американский штаб? Если имеет, то какой это план? Какие силы предполагается использовать? В каких пунктах предполагается нанести удар? Сколько имеется десантных и транспортных судов? Кто будет командовать операцией? Какая помощь и какие английские силы будут необходимы?» ²⁵ Оказалось, что ни на один вопрос американские начальники штабов не смогли дать конкретного и исчерпывающего ответа.

Если нет такого плана, продолжал Черчилль, в котором предусматриваются меры, обеспечивающие захват постоянного плацдарма на Европейском континенте, то остается лишь один выход — осуществить план «Джимнаст». Этой операцией, убеждал Черчилль, можно «нанести удар по Гитлеру в 1942 г.» ²⁶. Вывод Черчилля из всего сказанного состоял в том, что выполнение плана «Джимнаст» окажет-де прямо или косвенно помощь России.

После бурного натиска с целью установить отсутствие конкретной подготовки американских военных руководителей к открытию второго фронта в Европе в 1942 г. Черчилль признал, что и английские военные штабы не имеют разработанного плана высадки десанта во Франции в сентябре 1942 г., так как якобы нет ни малейших шансов на успех. Поэтому, заключил Черчилль, следует подготовить какую-либо другую операцию.

21 июня председатель английского комитета начальников штабов Исмэй предложение Черчилля сформулировал следующим образом: «Лучшим вариантом в 1942 г. будет операция «Джимнаст». Поэтому детальные планы этой операции должны быть разработаны в кратчайший срок. Войска, предназначенные для операции «Джимнаст», в основном будут состоять из частей, выделенных для выполнения плана «Болеро» (план сосредоточения сил и средств в Англии для вторжения через Ла-Манш.— В. С.), которые еще не отправлены из Соединенных Штатов»²⁷.

Черчиллю не пришлось долго уговаривать Рузвельта. Президент так же охотно согласился с доводами Черчилля, как и американские штабные представители в Вашингтоне согласились с точкой зрения английских начальников штабов. Черчилль легко добился успеха потому, что умело использовал известные ему настроения Рузвельта в отношении плана высадки американских войск в Марокко. До июльского совещания в Лондоне американцы предпочитали постепенно сдавать свои позиции в отношении отказа от открытия второго фронта в Европе в 1942 г. в силу якобы непреодолимых и не от них зависящих обстоятельств.

Итак, не успели высохнуть чернила коммюнике от 12 июня, как уже 21 июня «было принято решение, отвечающее аргументации Черчилля и фактически похоронившее планы операции «Следжхаммер» (десантная операция через Ла-Манш в 1942 г.- В. С.)»²⁸.

Заявление Черчилля о том, что выполнение плана «Джимнаст» окажет Советскому Союзу хотя бы косвенную помощь, не могло никого ввести в заблуждение. Штаб армии США не скрывал, что даже успешное выполнение этого плана «не заставит немцев перебросить с русского фронта ни одного немецкого солдата, танка или самолета»²⁹. Это мнение было доведено до сведения Рузвельта и Гопкннса.

В проекте меморандума Маршалла в адрес Рузвельта говорилось, что «никакие булавочные уколы не отвлекут их (т. е. немцев.— В. С.) от поставленной цели» ³⁰. Только высадка американо-английских войск на Европейском континенте и в необходимых масштабах могла оказать помощь советским войскам. Но для этого нужна была готовность пойти на решительные действия по захвату стратегического плацдарма и развитию достигнутого успеха. Однако ни готовности, ни желания открыть второй фронт в Западной Европе у правящих кругов США и Англии не было. Поэтому в принципе «президент и премьер-министр пришли к соглашению о посылке армии во Французскую Северную Африку в конце года»³¹. Это был сговор о совместных действиях в обход взятых на себя обязательств по открытию второго фронта в Европе в 1942 г. Правящие круги США к приезду Черчилля уже имели вполне разработанный план замены открытия второго фронта в Европе в 1942 г. развертыванием военных действий в бассейне Средиземного моря.

8 июля английский военный кабинет одобрил принципиальное соглашение Рузвельта и Черчилля об отказе от вторжения во Францию в 1942 г. в пользу вторжения в Северную Африку. Англичане выразили свое отрицательное отношение к операции по вторжению на континент даже при условии нанесения внезапного удара с последующим быстрым отходом.

В тот же день Черчилль направил Рузвельту следующее послание: «Я сам уверен, что... операция «Джимнаст», несомненно, даст наилучшие шансы для облегчения положения русских на Восточном фронте в 1942 г.» ³². Это были фальшивые фразы. Черчилль хорошо понимал, что североафриканская экспедиция не сможет заставить Гитлера ослабить своп Силы на советско-германском фронте. События в Северной Африке не решали исхода второй мировой войны.

Больше того, по мнению Маршалла и Эйзенхауэра, решение о проведении операции «Джимнаст» означало, что «союзники допускают возможность поражения России в войне...» ³³.

17 июля 1942 г. Маршалл, Гопкинс и Кинг отправились в Лондон для ведения окончательных переговоров об американо-английской стратегии на 1942 г.

Переговоры начались с того, что американские представители вновь стали отстаивать план «Следжхаммер». Тогда Черчилль и его начальники штабов стали вообще возражать против плана «Следжхаммер» без каких-либо новых аргументов. Вот это и нужно было американской делегации. Как только выяснилось, что вина за срыв плана «Следжхаммер» внешне полностью ложится на англичан, Рузвельт «согласился окончательно снять этот вопрос с повестки дня»³⁴.

В ходе Лондонского совещания раскрылась политическая игра самого Маршалла. Оказалось, что все предыдущие возражения Маршалла против плана «Джимнаст» в пользу плана «Следжхаммер» носили формальный характер. Он хорошо знал, что десантная операция в Северной Африке «пользуется полной поддержкой как Рузвельта, так и Черчилля...» ³⁵. Поэтому Маршалл на совещании в Лондоне легко перестроился в пользу плана «Джимнаст», после того как удалось переложить вину за срыв плана «Следжхаммер» на англичан. Это относится и к Стимсону. «Ни Маршалл, ни Стимсон не были против операции «Джимнаст», как таковой...» ³⁶.

23 июля Рузвельт «направил премьер-министру (Черчиллю.— В. С.) телеграмму, в которой признал факт отказа от крупных операций в Европе в 1942 году...» ³⁷. На другой день он послал в Лондон новую телеграмму, «в которой повторил, что он стоит за операцию в Северной Африке в 1942 году...» ³⁸.

Нужно было как-то объяснить американскому народу столь быстрый отказ от провозглашенного обязательства открыть второй фронт в Европе в 1942 г. И Рузвельт выдвинул довод о необходимости «не допустить сосредоточения Немецкой авиации в Северной Африке» ³⁹. Однако в это время немецкая авиация сосредоточивалась не в Северной Африке, а на советско-германском фронте.

25 июля Рузвельт телеграммой предложил «начать операцию «Джимнаст» не позднее 30 октября» ⁴⁰. В тот же день планы «Джимнаст» и «Суперджимнаст» (совместная высадка американо-английских войск в Северной Африке) были переименованы в единый план «Торч». 30 июля было решено к подготовке выполнения плана приступить немедленно. Рузвельт выразил Черчиллю свой восторг по случаю принятия окончательного решения.

18 июля 1942 г., накануне англо-американских переговоров в Лондоне, Советское правительство получило от Черчилля послание, в котором он извещал о решении английского правительства отложить организацию второго фронта с 1942 на 1943 г.

Для успокоения советской стороны Черчилль без каких бы то ни было оговорок заявил, что вторжение англо-американских войск на континент Европы в 1943 г. произойдет в большом масштабе, и назвал следующую цифру: «свыше 1 миллиона человек при соответствующей авиационной поддержке»⁴¹. Но уже тогда стало ясно, что вопрос об организации второго фронта в Европе «начинает принимать несерьезный характер» ⁴².

В ответном послании Советское правительство было вынуждено самым категорическим образом заявить, что оно «не может примириться с откладыванием организации второго фронта в Европе на 1943 г.» ⁴³.

План «Торч» («Факел») вызвал горячую поддержку со стороны самых высокопоставленных лиц США. Этот план намечал империалистические захваты в Африке и приводил к срыву открытия второго фронта в Западной Европе не только в 1942 г., но и в 1943 г.

Принятие плана «Торч» означало, что план «Раундап». (операции непосредственно против Германии в 1943 г.) будет сорван так же, как был сорван план «Следжхаммер» в 1942 г. Именно так оценивал последствия плана «Торч» сам Маршалл. В письме к главе миссии английского комитета начальников штабов Джону Диллу (август 1942 г.) Маршалл писал, что в результате плана «Торч» операции непосредственно против Германии, «по всей вероятности, нельзя успешно выполнить в 1943 г.» ⁴⁴.

Глава миссии английского комитета начальников штабов в Вашингтоне Джон Дилл телеграфировал 1 августа в Лондон, что, «по мнению американского руководства, решение об операции «Торч» исключает возможность проведения операции «Раундап»⁴⁵. При переговорах и в Лондоне и в Вашингтоне «все согласились обдуманно» ⁴⁶.

Дело в том, поясняет Гарри Батчер в записи дневника от 31 июля 1942 г., что при обсуждении деталей плана «Торч» уже ставился вопрос о дальнейшем продвижении американо-английских войск на Сицилию или Сардинию. Черчилль летом 1942 г. уговаривал американцев после установления контроля над побережьем Северной Африки высадить десант в Сардинии (операция «Бримстоун»). Он готов был предпринять экспедиции «всюду, за исключением главного театра военных действий против нацистов...» ⁴⁷.

Одновременно с планом «Бримстоун» Черчилль продолжал решительно настаивать на посылке экспедиционного корпуса в Норвегию⁴⁸. Северную Норвегию и Северную Африку он называл флангами Германии. Эти далекие «фланги» были выбраны Черчиллем для организации отвлекающих операций вдали от основного пункта фронтального нападения через Ла-Манш. Эти отвлекающие внимание народов США и Англии операции являлись предлогом для срыва открытия второго фронта в Западной Европе.

Таким образом, правящие круги США и Англии договорились не начинать в 1942 г. военных действий против гитлеровской Германии на решающем театре — в Западной Европе. Принятие плана «Торч» означало, что он «исключает наступательные операции против Германии...»⁴⁹.

По выражению начальника оперативного управления штаба армии США Т. Хэнди, решение о проведении операции «Торч» являлось не чем иным, как принятием стратегии «ненужного разбрасывания сил»⁵⁰. Разбрасывание сил по второстепенным стратегическим направлениям исключало возможность сосредоточения сил на главном стратегическом направлении непосредственно против Германии и приводило к тому, что всегда имелся предлог для оправдания неоднократного переноса сроков открытия второго фронта в Западной Европе.

В Лондоне, по существу, было решено «ожидать развития события на Восточном фронте...»⁵¹. Американо-английские союзники решили ожидать до тех пор, пока не будет сломлена военная мощь Германии на советско-германском фронте. Эта «путеводная звезда» была оформлена меморандумом объединенного комитета начальников штабов, в котором говорилось, что операция по вторжению на Европейский континент будет проведена, «когда будет ослаблен немецкий военный потенциал»⁵². А до этого заветного дня «Соединенные Штаты и Великобритания должны сберечь свои силы...»⁵³.

Англо-американские союзники хотели воевать вообще без всякого риска. Они больше всего опасались такого варианта: «Англо-американские войска поспешили с вторжением во Францию в 1942 или в 1943 году... немцы сбросили бы их в море с невосполнимыми потерями»; США не успели бы создать новую армию, и тогда произошла бы катастрофа: «коммунизация всей Европы, вследствие неспособности США и Англии противопоставить русским мощную армию в Центральной Европе» ⁵⁴.

Мэтлофф и Снелл утверждают, что план «Торч» заставил штаб армии США отказаться от идеи выжидания. Но в действительности этот план лишь способствовал маскировке этой «путеводной звезды» стратегического планирования по ведению правящими кругами США и Англии второй мировой войны.

Примечания:

¹ В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т, 32, стр. 259.

² Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 454.

³ Там же.

⁴ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 180.

⁵ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 454.

⁶ Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны. Документы и материалы Т. I. с. 284-285

⁷ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 455.

⁸ A. Braynt. The Turn of the Tide. 1939-1943. 1957. s. 391

⁹ Переписка..., т. 1, стр. 391.

¹⁰ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 475.

¹¹ Там же, Стр. 472.

¹² Там же, стр. 474.

¹³ Переписка..., т. 1, стр. 391.

¹⁴ М. Gallagher. The Soviet History of World War If. p. 28.

¹⁵ См. Переписка.... т. 1, стр. 59—60.

¹⁶ R. Grenfell. Unconditional Harted, p. 103.

¹⁷ C. Wertenbaker. Invasion. 1944. p. 75

¹⁸ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 271.

¹⁹ Там же, стр. 273.

²⁰ Там же, стр. 274.

²¹ Там же.

²² Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 206.

²³ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 275—276.

²⁴ Там же, стр. 277.

²⁵ Там же, стр. 279.

²⁶ Важнейшие решения. Сборник статей, стр. 134.

²⁷ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 284.

²⁸ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942,. стр. 480.

²⁹ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 282.

³⁰ Там же, стр. 283.

³¹ The Memoirs of Cordell Hull. Vol. II, p. 1162.

³² Д. Ричардс, X. Сондерс. Военно-воздушные силы Великобритании во второй мировой войне (1939—1945), стр. 393.

³³ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942,. стр. 486.

³⁴ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 323.

³⁵ Там же, стр. 324.

³⁶ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 480.

³⁷Там же, стр. 485.

³⁸ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 243.

³⁹ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 327.

⁴⁰ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 244.

⁴¹ См. Переписка.... т. 1, стр. 391.

⁴² Там же, стр. 54.

⁴³ Там же.

⁴⁴ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 343.

⁴⁵ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 488.

⁴⁶ Там же.

⁴⁷ W. Рulеstоn. The Influence of Force in Foreign Relations, p. 151.

⁴⁸ J. Kennedy. The Business of War, 1957. p. 252.

⁴⁹ М. Mэтлофф и Э. Снeлл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 170.

⁵⁰ М. Мэтлофф. От Касабланки до «Оверлорда», стр. 39.

⁵¹ М. Mэтлофф и Э. Снeлл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 324.

⁵² М. Mэтлофф и Э. Снeлл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 326.

⁵³ Там же, стр. 373.

⁵⁴ R. Ferrel. George C. Marshall 1947-1949. 1966. p. 16

{mospagebreak title= СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ НА СЛУЧАЙ НЕОЖИДАННО БЫСТРОГО ПОРАЖЕНИЯ ГЕРМАНИИ}

2. СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ НА СЛУЧАЙ НЕОЖИДАННО БЫСТРОГО ПОРАЖЕНИЯ ГЕРМАНИИ

Наряду с разработкой планов вторжения в Алжир и Марокко изучалась проблема будущих наступательных операций в Европе. Меморандум Маршалла от 27 марта 1942 г. предусматривал проведение наступательной операции в Западной Европе примерно к 1 апреля 1943 г.¹.

Сосредоточение сил и средств в Англии получило кодированное название «Болеро». Переброска войск через Ла-Манш, захват и закрепление стратегического плацдарма было закодировано под названием «Раундап». Соединенные Штаты «изъявили согласие предоставить для вторжения 1 апреля 1943 г. 30 дивизий и 3250 боевых самолетов — всего около 1 млн. человек. При условии выделения англичанами 18 дивизий и 2550 боевых самолетов сил союзников было достаточно для того, чтобы обеспечить превосходство в воздухе и осуществить высадку...»²

Транспортные расчеты показали, что к апрелю 1943 г. американские суда могли перевезти только 40% необходимого количества войск. Все войска они могли бы перебросить лишь к концу лета 1943 г. Но можно было использовать английские суда и суда других стран. И это было предусмотрено.

Меморандум Маршалла заканчивался подробным изложением досрочного вторжения в Западную Европу в сентябре — октябре 1942 г. (план «Следжхаммер») на тот случай, «если Германии или СССР будет грозить катастрофа» ². Этот план крайней необходимости имел девиз пожарной команды «не опоздать»: в одном случае с оказанием экстренной помощи Советскому Союзу, в другом — с своевременным появлением союзных войск в Западной Европе.

Если не считать план досрочной операции по вторжению в Западную Европу, то действия американцев, как и англичан, в 1942 г. должны были ограничиваться воздушными налетами и небольшими рейдами на побережье противника.

8 апреля американские военные руководители во главе с Маршаллом прибыли в Лондон, где в течение недели обсуждали с английскими начальниками штабов проблемы общей стратегии. 14 апреля в принципе стратегические планы были согласованы.

Основа соглашения была найдена в том, чтобы «прийти на помощь России, если она будет либо в агонии («in extremis), либо, наоборот, если борьба на фронтах окажется для нее столь успешной, что можно будет ускорить высадку в Западной Европе...» ⁴.

Участники переговоров делали такие оговорки по тому или иному вопросу, что в любой момент планы «Следжхаммер» и «Раундап» могли остаться лишь академическими разработками.

Английские начальники штабов категорически указывали, что операции 1942—1943 гг. придется отложить, если «вооруженные силы и моральное состояние противника не будут ослаблены» ⁵. Англичане вообще возражали даже в отношении ограниченных по масштабам действий на Европейском континенте в 1942 г., а в отношении 1943 г. соглашались лишь «при условии значительного ослабления немецкой военной мощи»⁶.

Черчилль рассматривал план «Следжхаммер» как еще один из тех планов операций, которые он сам намечал предпринять, например операция в Норвегии (план «Юпитер»). На протяжении войны в Европе Норвегия всегда была одним из излюбленных объектов Черчилля.

Итоги Лондонского совещания Эйзенхауэр оценивал как согласование принципов единой концепции войны, чтобы не бродить в потемках.

В сущности, стратегические планы на 1942—1943 гг., касающиеся европейского театра военных действий, так и остались академическими разработками, служившими тренировкой для планирующих органов. Мэтлофф и Снелл, например, работу над подготовкой плана «Болеро», проведенную в Вашингтоне весной 1942 г., так и оценивают. Они пишут, что разработка этого плана «явилась для офицеров оперативного управления упражнением, в своем роде столь же полезным, как полезны войскам маневры и учебные занятия» ⁷.

Другие планы («Следжхаммер», «Раундап») также никого из участников англо-американских штабных совещаний не обязывали. В любой момент их можно было изменить или полностью от них отказаться.

Несмотря на борьбу между монополистическими кругами США и Англии за господство в Европе и в бассейне Средиземного моря, их интересы в политике затягивания открытия второго фронта в Западной Европе в конечном итоге полностью совпадали.

Правящие круги США, принимая решение о высадке своих войск в Северной и Северо-Западной Африке, в числе других причин имели в виду необходимость продемонстрировать начало каких-то активных действий против Германии в 1942 г. Рузвельт опасался того влияния, какое может оказать на умы американского и английского народов продолжавшееся бездействие сухопутных войск США и Англии по отношению к Германии. Его пугали последствия «еще одного периода «странной войны»⁸. Поэтому Рузвельт считал крайне важным: «Американские сухопутные войска должны сражаться против немцев в 1942 г.» ⁹.

Северо-Западная Африка с самого начала стратегического планирования военных операции против Германии была признана как одна из наиболее «удобных» отправных точек «для проникновения на Европейский континент.!.»¹⁰.

Другой действительно удобной отправной точкой для проникновения на Европейский континент была Англия. Тот же Шервуд пишет, что «Рузвельт начал разрабатывать план скорейшей переброски американских войск в оба эти пункта»¹¹. Однако в Англию планировалось перебросить ничтожно малое количество войск. В конце 1941 г. намечалось отправить 1G тыс. человек. Вскоре это количество сократили до 4 тыс. Шервуд откровенно признает, что планируемая переброска в Англию столь незначительных сил американских войск «была в значительной степени пропагандистским мероприятием, имеющим целью укрепить боевой дух английского народа и убедить русских и народы оккупированных Германией стран в том, что крупные силы американцев прибывают на европейский театр военных действии» ¹².

Теоретически американские военные руководители признавали, что основной принцип большой стратегии США заключается в том, что «все имеющиеся ресурсы должны быть брошены на борьбу с Германией, и только минимальное количество может быть использовано для обеспечения жизненно важных интересов союзников на других театрах»¹³. Практически имевшиеся ресурсы расходовались на других — второстепенных театрах, причем далеко не в минимальных количествах. Одним из таких второстепенных театров являлся бассейн Средиземного моря, так как «военные действия в бассейне Средиземного моря направлены не против Германии, а следовательно, с точки зрения большой стратегии наступательные операции в этом районе не могут считаться наступательными (по отношению к Германии. — В. С.)»¹⁴. Американо-английские стратегические планы в отношении Германии, осуществлявшиеся на протяжении 1942—1943 гг., предусматривали «стратегическую оборону и постепенное окружение Германии...» ¹⁵

Известные в Советском Союзе американские публицисты, например Ральф Ингерсолл в книге «Совершенно секретно», Эллиот Рузвельт в книге «Его глазами» (изданы в переводе в 1947 г.), пытались завуалировать политику реакционных сил США, направленную к затягиванию второй мировой войны.

Лейтмотивом в их книгах является утверждение, что открытие второго фронта в Европе в 1942—1943 гг. было сорвано исключительно по вине Черчилля и правящих кругов Англии, что на этот счет существовали исключительно острые англо-американские разногласия.

Через 13 лет в Вашингтоне была опубликована книга видного американского историка Мэтлоффа «Стратегическое планирование в коалиционной войне 1943—1944 гг.» (издана в переводе под названием «От Касабланки до «Онерлорда»). В этой книге Мэтлофф также ссылается на английских руководителей, которые на Атлантической конференции еще летом 1941 г. считали, что наступательные действия следует развернуть «на периферии контролируемой немцами территории...»¹⁶ и что только они были против наземных действий крупного масштаба, направленных против всей мощи германской военной машины. Мэтлофф акцентирует на том, что именно англичане операцию по форсированию Ла-Манша рассматривали «лишь в качестве завершающего удара против уже обессиленной Германии» ¹⁷. Американский историк Палстон также оправдывает американских руководителей. Он пишет, что во время советско-американских переговоров в Вашингтоне в конце мая 1942 г. их усилия были направлены к установлению стратегического курса по совместному ведению войны, но этому мешал якобы только Черчилль, так как он «резко выступал против всякой десантной операции в Европе в 1942 году...»¹⁸.

В действительности же по вопросу открытия второго фронта в Европе и осуществления периферийной стратегии правящие круги США и Англии в конечном счете выступали с согласованными решениями, отражавшими истинные желания и стремления сторон. Если Черчилль выступал против открытия второго фронта в Западной Европе на совещаниях и конференциях, то Рузвельт предпочитал закулисную дипломатию.

Вывший премьер-министр Великобритании (1957—1963 гг.) и министр-резидент при штабе англо-американского командования в Северной Африке в 1943—1945 гг. Гарольд Макмиллан отмечает, что, с одной стороны, между CШA и Англией «разногласия имели место по всем без исключения вопросам», а с другой — проявлялось «невиданное в истории единство» ¹⁹.

Разногласия по вопросам большой стратегии касались лишь методов достижения политических целей по отношению к СССР. Принципиальные разногласия были по другим вопросам, связанным с империалистическими целями, которые преследовали в ходе второй мировой войны правящие круги США и Англии. Г. Гопкинс, например, не скрывал, что США «борются, конечно, в своих собственных интересах, так же как это делают англичане...»²⁰

Правящие круги Англии стремились установить господство в Европе, используя свою агентуру на Балканах, и воспрепятствовать освобождению балканских стран Советской Армией. Кроме того, они были озабочены «сохранением своего контроля над Средним Востоком и распространением его на район Средиземного моря» ²¹. Поэтому Черчилль, отстаивая преобладающие интересы английского империализма в зоне Средиземного моря и на Среднем Востоке, доказывал, что основным и решающим театром войны против Германии является средиземноморский театр военных действий.

Правящие круги США имели преобладающие интересы в бассейне Тихого океана, но также стремились к установлению своего господства и в Европе и в бассейне Средиземного моря. Они были не прочь обескровить не только Германию и Советский Союз, но и ослабить Англию. Г. Макмиллан прямо пишет о том, что «тайной и желанной целью Рузвельта была ликвидация Британской империи» ²².

Между Англией и СИ1А время от времени возникали разногласия по вопросу о распределении ресурсов между тихоокеанским и средиземноморским театрами военных действий.

После Вашингтонского совещания в июне 1942 г. американские начальники штабов, обсуждая имеющиеся возможности коренного пересмотра стратегии, согласно которой главным врагом считалась Германия, основное внимание предлагали переключить на Японию. Это означало, что «войну против Германии в Европе пришлось бы вести в меру своих сил русским и англичанам»²³. В этом случае англичане продолжали бы осуществление средиземноморской стратегии, предоставив русским в меру своих возможностей вести войну против Германии.

Анализ привел политических руководителей США к следующему. Тихоокеанская стратегия могла ждать своего решения. Средиземноморская стратегия США обещала быть успешной. Северная и Северо-Западная Африка была нужна в качестве трамплина для проникновения американского капитала в страны Ближнего и Среднего Востока, где до второй мировой войны влияние монополистов США было сравнительно слабым.

Одновременно правящие круги США стремились приобрести решающие позиции непосредственно во французских колониях в Северной и Северо-Западной Африке, чтобы затем, используя дипломатические и экономические связи с правительством Виши, обеспечить за собой преобладающее влияние на послевоенную Францию. Поэтому 15 июля 1942 г. Рузвельт в частной беседе с Г. Гопкинсом высказал следующие соображения: «Операция «Джимнаст» имеет большие преимущества, ибо она явилась бы чисто американским предприятием. Она обеспечила бы нам Западную Африку и лишила бы противника портов; она положила бы начало установлению в конечном счете контроля над Средиземным морем»²⁴.

19 августа 1942 г. Маршалл изложил своему штабу суть тех коренных изменений в большой стратегии, которые произошли в связи с окончательным решением о вторжении в Африку. Американские военные руководители не скрывали, что из-за операции «Торч» «почти наверное придется отложить крупную операцию по форсированию Ла-Манша, запланированную на весну 1943 г.» ²⁵.

С самого начала подготовки к выполнению плана «Торч» было совершенно очевидно, что большая часть всех необходимых сил и средств «должна будет поступить из тех ресурсов, которые были запланированы для крупной операции по форсированию Ла-Манша» ²⁶.

8 сентября 8-я американская воздушная армия получила приказ «прекратить активные операции с Британских островов...» ²⁷. 12-я воздушная армия, предназначенная для действии в Северной Африке, комплектовалась за счет 8-й армии.

27 августа 1942 г. оперативное управление штаба армии США сообщило Маршаллу, что в результате принятия плана «Торч» «приостановлена переброска крупного контингента наземных войск в Англию...» ²⁸.

Цифру в 1 млн. человек (по плану «Болеро») военное министерство США в конце лета 1942 г. сократило до 305 тыс. человек.

Осенью 1942 г. военное министерство США, используя благовидный предлог (план «Торч» и возможность обвинить англичан в срыве плана «Следжхаммер»), приняло окончательное решение сократить масштабы накапливания сил на территории Англии, предусмотренные планом «Болеро». В конечном итоге операция «Торч» привела к тому, что резервы, созданные по программе «Болеро», были израсходованы.

В начале декабря 1942 г. на Британских островах находилось 170 тыс. человек американских солдат и офицеров (123 тыс. в наземных войсках и 47 тыс. в авиации)²⁹.

В конце 1942 г. военное министерство США сократило численность американских войск в Англии до 150 тыс. человек ³⁰.

21 сентября в ходе реализации этих мероприятий Черчилль выразил Эйзенхауэру крайнее удивление тем, что план «Торч» исключает возможность осуществления плана «Раундап» в 1943 г. На другой день Черчилль в послании к Рузвельту патетически восклицал: «Как сможем мы примирить с нашей совестью... тот факт, что... не будет сделано никаких попыток провести в Европе наступление весной, летом пли даже осенью (1943 г. — В. С.)»³¹.

На Лондонском совещании в июле 1942 г. американцам удалось всю вину за срыв плана «Следжхаммер» возложить на Черчилля. Поняв своп промах, Черчилль предпринял попытки всю вину за срыв плана «Раундап» возложить на американцев. Он опасался, «как бы его не обвинили в вероломном нарушении обязательств перед Советским Союзом»³². Поэтому он писал Рузвельту о том, будто «никогда не думал, что попытка открыть второй фронт не будет осуществлена ни в 1943 г., ни в 1944 г.» ³³.

Тогда У. Б. Смит, начальник штаба Эйзенхауэра, напомнил Черчиллю, что по договоренности на июльском совещании в Лондоне проведение «Торч» связано с отказом от осуществления операции «Раундап» в 1943 г. и пересмотром расчетов по плану «Болеро» ³⁴.

Американские историки Мэтлофф и Снелл сообщают, что американское командование «имело основание относиться с недоверием к заинтересованности премьер-министра (Черчилля.— В. С.) в операции «Раундап» ³⁵.

Английский историк Батлер пишет даже об убеждении Маршалла и Эйзенхауэра «в том, что английский премьер-министр совершенно не заинтересован в операции «Раундап».

Стимсон также заявил, что «премьер-министру никогда не правилась операция «Болеро»³⁶.

Руководители США и Англии хорошо понимали смысл политической игры, направленной к тому, чтобы вину за срыв открытия второго фронта в Европе в 1942 г. переложить друг на друга. Каждой стороне хотелось предстать перед лицом мирового общественного мнения в лучшем виде.

Таким образом, решения, принятые правительствами США и Англии летом 1942 г., сделали невозможным вторжение во Францию не только в 1942 г., но и в 1943 г.

Общий и только общий замысел вторжения через Ла-Манш оставался в силе на далекое будущее. Этот замысел мог служить лишь «темой для переговоров и штабного планирования» ³⁷.

Стратегические планы, имевшие прямое отношение к Германии («Болеро», «Раундап», «Следжхаммер»), являлись в известной степени продолжением «странной войны» 1939-1940 гг., но другими средствами. По тому или иному из пунктов каждого плана союзники имели в запасе оговорки, которые сводили эти планы на нет. Поэтому план «Болеро — Следжхаммер» с самого начала оставался существовать только на бумаге. Он был подготовлен на случай резкого изменения стратегической обстановки на советско-германском фронте. Те же из планов, которые осуществлялись, не имели непосредственного отношения к Германии на решающем стратегическом направлении. Мэтлофф пришел к выводу, что, несмотря на единодушное решение США и Англии в первую очередь добиться победы над Германией, все же «определенного плана разгрома Германии и освобождения Европы они не имели» ³⁸ .

Споры о второстепенных стратегических планах не носили серьезного характера. Скорее, была видимость спора. Операция «Торч», например, «с самого начала пользовалась поддержкой в высших политических кругах обеих стран... (т. е. США и Великобритании,— В. С.)» ³⁹. Этого не было но отношению к планам вторжения на континент. Американские руководители делали вид, что они вынуждены уступить из-за непримиримой позиции англичан. И англичане и американцы многочисленными совещаниями проводили психологическую подготовку к переносу сроков открытия второго фронта в Северной Франции.

Стратегическое планирование предусматривало проведение операции по форсированию Ла-Манша лишь в качестве завершающего удара против Германии. Иными словами, руководители США и Англии решили ждать, когда процесс истощения Германии подойдет к своему завершению под ударами Красной Армии.

Примечания:

¹ См. Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941-август 1942, стр. 513.

² М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 215

³ М. Мэтлофф. От Касабланки до «Оверлорда», стр. 37.

⁴ R. Lockart. Comes the Reckoning, p. 175.

⁵ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 209

⁶ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 209

⁷ Там же, стр. 230.

⁸ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 237.

⁹ Там же.

¹⁰ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 31-32.

¹¹ Там же, стр. 32.

¹² Там же

¹³ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 342

¹⁴ Там же.

¹⁵ Там же, стр. 343.

¹⁶ М. Мэтлофф. От Касабланки до «Оверлорда», стр. 34.

¹⁷ Там же.

¹⁸ W. Рulеstоn. The Influence of Force in Foreign Relations, p. 160.

¹⁹ Н. Macmillan. The Blast of War 1939—1945. p. 190.

²⁰ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 145.

²¹ P. Leighton and P. Coaktev. Globa! Lcjglsties and Strategy. 1940—1943. Washington. 1955, p. 503.

²² H. Maсmillan. The Blast of War 1939-1945, p. 179,

²³ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 222.

²⁴ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 232-233.

²⁵ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 370

²⁶ Там же, стр. 365.

²⁷ Там же, стр. 366.

²⁸ Там же, стр. 371.

²⁹ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 407

³⁰ Там же.

³¹ Там же, стр. 375.

³² Там же, стр. 377.

³³ Там же, стр. 376.

³⁴ Там же.

³⁵ Там же.

³⁶ См. Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941-август 1942, стр. 476.

³⁷ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 377

³⁸ М. Мэтлофф. От Касабланки до «Оверлорда», стр. 33—34.

³⁹ Важнейшие решения. Сборник статей, стр. 139.

{mospagebreak title=  НЕДОСТАТОК СИЛ И СРЕДСТВ, КОТОРЫЙ СУЩЕСТВОВАЛ ТОЛЬКО НА БУМАГЕ}

3. НЕДОСТАТОК СИЛ И СРЕДСТВ, КОТОРЫЙ СУЩЕСТВОВАЛ ТОЛЬКО НА БУМАГЕ

8 июля 1942 г. Черчилль информировал Рузвельта о том, что «ни один английский генерал, адмирал или маршал авиации не считает возможным осуществление операции «Следжхаммер» в 1942 г.»¹ В ход был пущен довод о недостатке сил и средств, необходимых для преодоления «мощного Атлантического вала», созданного якобы немецко-фашистскими войсками на всем побережье Северной Франции, а также о том, что «нехватка снабжения и транспортных средств влияла на разработку стратегии англо-американским командованием» ².

Чаще всего в буржуазной историографии встречается ссылка на то, что «вся трудность заключается в транспорте...» ³.

Бывший начальник генерального штаба армии США Маршалл утверждал, что основная проблема, которая помешала открыть второй фронт в Европе в 1942 г., «была острая нехватка десантных средств» ⁴. Личный адъютант Эйзенхауэра Гарри Батчер в своих мемуарах указывает, что «недостаток десантных судов (наличие, достаточное только для одной дивизии) — основная причина, приводимая британцами» ⁵. Сам Черчилль в своих мемуарах выдвигает как основной аргумент с целью оправдать переносы сроков открытия второго фронта в Западной Европе недостаточное количество судов и войск.

Монтгомери также пытается убедить, что недостаток вооружения и специальных средств, необходимых для операции по форсированию Ла-Манша в 1942 г., «делал успешное разрешение данного вопроса в то время невозможным»⁶.

На словах Черчилль признавал всю необходимость оказания военной помощи Советскому Союзу путем открытия второго фронта в Западной Европе. На деле он отказался это сделать, ссылаясь на небольшой тоннаж морских судов, имеющихся в наличии⁷.

Не имея возможности сослаться на недостаток авиации, танков, подготовленных дивизий, политические и военные руководители США и Англии выдвигали в качестве предлога недостаток тоннажа каждый раз, когда переносился очередной срок открытия второго фронта в Западной Европе.

На секретных же заседаниях английского парламента во время войны Черчилль говорил о том, что Англия имеет в достаточном количестве суда, необходимые для высадки в Северной Франции.

В начале второй мировой войны тоннаж английского торгового флота составлял свыше 17 млн. тонн⁸. Из секретной речи Черчилля в парламенте стало известно, что к концу 1940 г. торговый флот Англии уменьшился лишь на 1,5 млн. тонн. «С конца июня 1941 г. потери судов резко снизились»⁹.

На Вашингтонской конференции в начале 1942 г. объединенный комитет по планированию пришел к выводу, что «недостаток в морском тоннаже невелик» и его «нетрудно будет преодолеть»¹⁰.

Возможности торгового флота США по сравнению с 1917 г. не уменьшились. А ведь тогда 2 млн. американских солдат были переброшены в Европу в течение всего лишь 5 месяцев¹¹.

Эрман пишет, что «в рассматриваемый период отказ от той или иной операции вызывался другими причинами»¹². Но он не раскрывает содержание этих причин, так как эти причины заключались в стремлении правящих кругов США и Англии под разными предлогами оттянуть открытие второго фронта в Северной Франции.

Как искусственно создавались причины для оправдания политики затягивания второй мировой войны, можно проиллюстрировать на примере программы строительства специальных десантных кораблей, судов и барж. На 1942 год в США запланировали построить 12 тыс. таких судов. Производственные возможности обеспечивали выполнение плана. В 1942 г. производство было довольно хорошо приспособлено к требованиям вооруженных сил. Но это планирование имело формальный характер.

Программа не была выполнена, так как «отсутствие с самого начала интереса к ней со стороны объединенных органов планирования и морского министерства США не позволило не только выполнить ее, но даже и приблизиться к плановым заданиям. В ноябре 1942 г., «после того как высадка в Северную Африку сняла с повестки дня высадку во Францию в следующем году, эту программу перенесли на 12-е место в списке первоочередных потребностей...»¹³.

Первоочередной задачей строительство десантных кораблей и судов вновь было признано лишь в сентябре 1943 г.

Производство специальных судов в 1942 г. составило: в Англии - 546, в США – 6900¹⁴.

Несмотря на то что строительство десантных кораблей, судов и барж тормозилось, наличное их количество могло обеспечить потребности операции по форсированию Ла-Манша при условии осуществления принципа централизованного использования этих судов.

Общая стоимость всего произведенного только в США вооружения составила в 1942 г. 30,1 млрд. долларов¹⁵.

О военном производстве США и Англии в 1942 г. можно судить по данным табл. 3.

Таблица 3

Неубедительны попытки, направленные к тому, чтобы доказать имевшуюся якобы нехватку сухопутных войск и авиационных сил. Морисон, например, утверждает, будто Англия была бедна резервами, поэтому «британские лидеры были вынуждены стать оппортунистами в своих стратегических замыслах»¹⁹ то есть они были вынуждены принять план операции «Торч» вместо вторжения во Францию. Однако насчет бедности Англии резервами утверждения Морисона не соответствуют действительности.

Возможности авиационной промышленности Англии быстро возрастали. Только «за четыре месяца, с апреля по июль 1941 г., было построено 1715 новых бомбардировщиков»²⁰. В конце октября 1941 г. Черчилль конфиденциально признал, что «английские военно-воздушные силы уже сейчас сильнее авиации Гитлера...»²¹. К 1 сентября 1941 г. британская армия имела в своем составе 39 дивизий, из них 5 бронедивизий. Всего в сухопутных войсках осенью 1941 г. насчитывалось свыше 2 млн. солдат, находившихся на Британских островах. Кроме того, имелось в военно-воздушных силах — 750 тыс., во флоте метрополии—500 тыс. и в частях гражданской самообороны — 1,5 млн. человек.

В конце марта 1942 г. командующий военно-воздушными силами Арнольд и военный министр Стимсон пришли к выводу, что у англичан «уже имелись значительно большие резервы, чем им было нужно для военных действий...» ²². Действительно, Англия уже к июню 1941 г. «имела... вполне достаточные сухопутные силы...»²³. Английский комитет начальников штабов рассчитал, что «для обороны страны требовалась армия в составе 37,3 дивизии...» ²⁴. К июню 1941 г. Англия по численности личного состава «уже почти располагала такими силами» ²⁵. В конце 1942 г. британская армия достигла 50 дивизий. Английские историки пишут о наличии в Англии в 1942 г. «огромных сил, бездействующих в нашей (английской.— В. С.) стране в период, который мог оказаться самым критическим этапом в войне» ²⁶.

Английские планирующие органы считали, что для захвата и удержания плацдарма на континенте «транспортные суда, войска и авиацию для поддержки действий этих войск можно было найти без ущерба для наших (английских.— В. С.) основных морских перевозок и без создания угрозы безопасности страны»²⁷. Аналогичные условия имелись у США.

На совещании в Вашингтоне 29 мая 1942 г. генерал Маршалл заявил, что «мы располагаем хорошо обученными войсками, боеприпасами, авиацией и бронетанковыми дивизиями» ²⁸. Действительно, уже к 1 июля 1941 г. армия США состояла из 22 дивизий, из них 4 бронетанковые. Кроме того, завершалось формирование еще двух бронетанковых дивизий. Всего в сухопутных войсках насчитывалось приблизительно 1400 тыс. человек²⁹. В конце 1941 г. армия США возросла до 37 дивизий, 5 из них были бронетанковые³⁰. Кроме того, в армии США было 67 боевых авиационных групп.

В конце 1942 г. в армии США насчитывалось 73 дивизии и 167 боевых авиационных групп³¹. Всего в вооруженных силах США в это. время насчитывалось около 5 400 тыс. человек³². На заокеанских театрах военных действий в начале декабря 1942 г. находилось 17 дивизий и 66 боевых авиационных групп ³³.

В начале июня 1942 г. Г. Гопкинс писал Черчиллю, что «наше участие в войне (англо-американское.— В. С.) не соответствует нашей военной мощи» ³⁴. Г. Стимсон, учитывая военную мощь в целом, считал, что «недостаточные темпы строительства десантных барж не должны послужить причиной для бездействия в самый критический период войны» ³⁵.

С полным основанием видный политический деятель республиканской партии США Уэнделл Уилки 26 сентября 1942 г. заявил: «Я лично убежден сейчас, что мы можем помочь им (русским.— В. С.), установив вместе с Великобританией действительный второй фронт в Европе в кратчайшие сроки, которые будут одобрены нашими военными руководителями. И пожалуй, общественному мнению придется подтолкнуть некоторых из них»³⁶. Это заявление, естественно, было воспринято народами, требовавшими своевременного открытия второго фронта, как доказательство того факта, что «при желании англичане и американцы могли бы сразу же открыть второй фронт»³⁷.

Срыв любой запланированной операции, связанной с открытием второго фронта в Западной Европе, объяснялся недостатком судов. Однако проблема нехватки судов явилась, по существу, надуманной проблемой ³⁸. Любая операция, не связанная с форсированием Ла-Манша, была полностью обеспечена всеми видами транспорта. Эрман указывает на тот факт, что «никто не мог бы сказать, что недостаток морского тоннажа помешал проведению хотя бы одной операции в последние два года войны» ³⁹.

На нехватку судов английские и американские руководители любили ссылаться до конца войны. Если, например, переброска значительных сил со средиземноморского театра в Англию была нежелательна с точки зрения большой стратегии, то выдвигался аргумент о недостатке грузового тоннажа и провести операцию оказывалось якобы невозможно по объективным причинам.

На войне всегда бывает нехватка чего-нибудь. Однако у англо-американских союзников не было такой нехватки по грузовому тоннажу и по десантным судам, из-за которой нельзя было провести успешную операцию с целью вторжения в Северную Францию в 1942 г., не говоря уже о 1943 г. Нехватка возникала в результате отказа от принципа централизации необходимых судов для проведения главной операции — форсирования Ла-Манша.

Недостаток сил и средств выдвигался как предлог также и для невыполнения программы ленд-лиза по оказанию экономической помощи СССР.

М. Галлахер утверждает, будто Советскому Союзу «союзники оказывали материальную помощь в такое время и при таких условиях, когда им приходилось приносить ущерб собственным военным усилиям» ⁴⁰. Однако факты говорят о другом. Согласно первому московскому протоколу (был подписан 1 октября 1941 г.), США обязались доставлять в Советский Союз по 200 тыс. тонн грузов ежемесячно до конца июня 1942 г. Фактически доставляемое количество грузов не достигало и 100 тыс. тонн в месяц⁴¹.

В ноябре 1941 г. советские представители обратились с просьбой направить в Советский Союз 600 транспортных самолетов. Только в начале апреля 1942 г. совет по распределению вооружений после споров и проволочек согласился предоставить 29 самолетов. Несмотря на столь мизерное количество, Арнольд был «категорически против этого. ..» ⁴². По его инициативе комитет начальников штабов рекомендовал объединенному комитету начальников отклонить это решение. Потребностям какого-либо незначительного гарнизона на Тихом океане отдавалось предпочтение.

Вместо самолетов начальник английского генерального штаба Джон Дилл посоветовал «дать очень хорошо обоснованное объяснение» ⁴³. Маршалл присоединился к Арнольду. В результате совместного демарша объединенный комитет начальников штабов 21 апреля 1942 г. принял решение «отменить приказ совета по распределению вооружений» ⁴⁴.

Отказ Советскому Союзу в транспортных самолетах Маршалл 27 апреля 1942 г. мотивировал тем, что для открытия второго фронта в Западной Европе в 1942 г. «не хватит 379 самолетов» ⁴⁵.

Самолеты не были посланы, по и второй фронт в Европе не был открыт ни в 1942, ни в 1943 г.

12 января 1942 г. на совещании у Рузвельта Маршалл добивался сокращения поставок в Советский Союз по ленд-лизу на 30% под предлогом, что все грузовые суда запланированы для других целей. Присутствовавший на совещании Г. Гопкинс заметил, что из 1200 имеющихся судов не очень трудно будет найти 7 судов. Тогда Кинг сослался на то, что Архангельск закрыт в настоящее время. Рузвельт напомнил о заявлении русских, что они могут принять поставки. В поддержку Маршалла и Кинга включился адмирал Старк. Он поставил вопрос так: что важнее — поставки в Россию или немедленная переброска подкреплений на Дальний Восток? Маршалл подхватил идею, заложенную в этом вопросе, и добавил: «Все то, что мы предпримем на Дальнем Востоке, в той или иной степени поможет русским» ⁴⁶.

Изложенный диалог характеризуется тем упорством, с каким военные руководители США препятствовали осуществлению поставок в Советский Союз.

В конце марта 1942 г. Маршалл даже заявил, что к «августу пли, во всяком случае, в сентябре поставки России придется резко сократить, а может быть, и прекратить совсем»⁴⁷. Это свое намерение он объяснял тем, что поставки в Советский Союз якобы мешают открытию нового фронта в Европе осенью 1942 г.

Под этим и другими предлогами доставка грузов в Советский Союз «продолжала падать»⁴⁸.

7 мая 1942 г. правительство США подготовило проект второго протокола по ленд-лизу (был подписан в Вашингтоне 6 октября 1942 г.). Новая программа ленд-лиза основывалась на трезвой оценке того факта, что продолжение участия Советского Союза в войне как активного и мощного союзника является основным условием победы над гитлеровской Германией. Однако и вторая программа не имела своей целью помочь Советскому Союзу ускорить победу над фашистской Германией. Намеченные поставки показались руководителям США опасными, и были приняты меры к их сокращению.

В проекте протокола «содержалось твердое обязательство открыть второй фронт в 1942 г.» ⁴⁹. Ссылаясь на этот пункт проекта протокола, Маршалл и Кинг сразу же стали настаивать на сокращении поставок в Советский Союз с 4 100 тыс. тонн до 2 500 тыс. тонн за счет общих предметов снабжения.

Рузвельт «поддержал предложение Маршалла и адмирала Кинга...» ⁵⁰. Черчилль в свою очередь настаивал на таком новом соглашении с русскими, которое предусматривало бы «уменьшение обещанных поставок» ⁵¹.

Совет по распределению вооружения заверил, что, «прежде чем представить окончательные расчеты, он учел все потребности европейского театра военных действий, а также другие потребности армии и флота Соединенных Штатов»⁵². Но совет по распределению вооружения не учел, что ссылки на необеспеченность военных потребностей служили лишь прикрытием для политических причин, которые имели целью не допустить быстрого перевеса Советской Армии в основных видах вооружения над гитлеровской армией.

Маршалл, не удовлетворившись сокращением поставок Советскому Союзу, предложил оговорку, согласно которой намеченная программа может быть изменена в любой момент в зависимости от непредвиденных обстоятельств, возникающих в ходе войны. Комитет начальников штабов утвердил изменения, предложенные Маршаллом.

Ныне в Вашингтоне заявляют, что США якобы явились «арсеналом победы». Бывший глава американской военной миссии в Москве Д. Дин (1943—1945 гг.), например, в интервью для американского журнала пытается убедить читателей в том, что американская помощь во время битвы на Волге «была главным фактором спасения России»⁵³.

Тревор Дюпуи не забывает упомянуть Англию: «Победы на Волге и Дону стали возможными в значительной степени благодаря той помощи, которую Россия получила в большом количестве из США и Англии» ⁵⁴. Однако Дин и Дюпуи игнорируют факты, которые доказывают прямо противоположное.

18 июля 1942 г., в трудный момент борьбы на советско-германском фронте, когда немецко-фашистские полчища рвались к Волге, Советское правительство получило послание Черчилля, в котором сообщалось об отказе английского правительства до сентября 1942 г. продолжать снабжение Советского Союза военными материалами по Северному пути в северные порты СССР (Мурманск и Архангельск) под предлогом больших потерь. Английский историк Батлер, имея в виду английскую помощь в целом, не скрывает, что «помощь России со стороны Великобритании не могла казаться не чем иным, как сущими пустяками» ⁵⁵.

В сентябре 1942 г. американские военные руководители, как и намечали еще в конце марта 1942 г., приостановили поставки Советскому Союзу по ленд-лизу и все суда, идущие в советские порты, направили в район Средиземного моря. 7 октября 200 американских самолетов, предназначенных для Советского Союза, были переброшены для участия в операции «Торч» ⁵⁶.

Отправка октябрьского конвоя была также приостановлена англичанами. Эти дополнительные затруднения для Советского Союза были созданы в самый разгар битвы на Волге, когда Красная Армия, снабжаемая отечественным вооружением, вела тяжелую борьбу с основными силами гитлеровской военной машины.

Летнее наступление немецко-фашистских войск в 1942 г. увеличило трудности в работе нашего тыла. Но, несмотря на новые трудности, во втором полугодии 1942 г. промышленность страны в целом продолжала успешно наращивать темпы производства и увеличивать выпуск военной продукции.

В первом полугодии 1941 г., например, промышленность производила в среднем ежемесячно 1750 самолетов. В 1942 г. ежемесячное производство возросло до 2260 самолетов⁵⁷. Всего за 1942 г. было произведено: самолетов — 25 436 ⁵⁸, танков — 24 668⁵⁹. Это была крупнейшая победа социалистической системы хозяйства.

Советский народ, вдохновляемый и руководимый Коммунистической партией, собственными силами добился изменения в соотношении сил на фронте, что предопределило не только дальнейший ход вооруженной борьбы на советско-германском фронте, но и развитие событий всей второй мировой воины.

Таким образом, возможности военного производства обеспечить, а вооруженных сил США и Англии осуществить высадку в Северную Францию свидетельствуют о том, что политика правящих кругов была направлена на всемерное сохранение своих вооруженных сил, чтобы в момент завершения второй мировой войны выступить со свежими силами. На словах американское военное руководство выступало за сосредоточение в 1942 г. главных усилий на европейском театре военных действий, но на деле отказывалось от своевременного осуществления стратегических планов по форсированию Ла-Манша, которые носили неопределенный характер и состояли из «но» и «если».

Примечания:

¹ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 482.

² “Armor,” May-June, 1956.

³ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 180.

⁴ Дж. Фуллер. Вторая мировая война 1939—1945 гг., стр. 384.

⁵ См. Н. Butcher. My Three Years with Eisenhower, p. 11

⁶  B. Montgomery. Normandy to the Baltic, 1947. p. 1.

⁷ Я. Jars. Les Campagnes d’Afrique, p. 192.

⁸ См. Дж. Эрман. Большая стратегия. Август 1943 — сентябрь 1944, стр. 61.

⁹ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 28.

¹⁰ См. Дж. Эрман. Большая стратегия. Август 1943 — сентябрь 1944, стр. 65.

¹¹ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 130

¹² См. Дж. Эрман. Большая стратегия. Август 1943 — сентябрь 1944, стр. 66.

¹³ См. Дж. Эрман. Большая стратегия. Август 1943 — сентябрь 1944, стр. 69.

¹⁴ Там же, ст. 70-71

¹⁵ W. МсNеill. America, Britain and Russia, 1953. p. 229.

¹⁶ Statistics Relating to the War Effect of the United Kingdom. 1944. p. 14, 12

¹⁷ W. МсNеill. America, Britain and Russia, 1953. p. 229.

¹⁸ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 420.

¹⁹ S. Morison. The Invasion of France and Germany 1944-1945. p. 5

²⁰ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 40.

²¹ W. Сhurсhill. The Second World War. Vol. III, p. 549.

²² М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 241

²³ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 21.

²⁴ Там же

²⁵ Там же

²⁶ Там же, ст. 433

²⁷ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 433.

²⁸ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 180.

²⁹ The War Reports of General of the Army George C. Marshall, General of the Army H.H. Arnold, Fleet Admiral Ernest J. King. 1947. p. 28

³⁰ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 68

³¹ Там же, ст. 402

³² Там же

³³ Там же, ст. 405

³⁴ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 206.

³⁵ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 471-472.

³⁶ W. МсNеill. America, Britain and Russia, p. 211..

³⁷ W. МсNеill. America, Britain and Russia, p. 211..

³⁸ См. Дж. Эрман. Большая стратегия. Август 1943 — сентябрь 1944, стр. 64.

³⁹ Там же, ст. 66

⁴⁰ М. Gallagher. The Soviet History of World War II. p. 21.

⁴¹ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 239

⁴² М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 242

⁴³ Там же.

⁴⁴ Там же, ст. 243

⁴⁵ Там же.

⁴⁶ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 40.

⁴⁷ М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 241

⁴⁸ Там же, стр. 239.

⁴⁹ Там же, стр. 270.

⁵⁰ Там же, стр. 269.

⁵¹ Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, стр. 154.

⁵² М. Мэтлофф и Э. Снелл. Стратегическое планирование в коалиционной войне 1941—1942 гг., стр. 268

⁵³ “U.S. News and World Report”, March 4, 1955, s. 58

⁵⁴ T. Dupuy. The Military History of World War II. V. I. p. 83

⁵⁵ Дж. Батлер, Дж. Гуайер. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942, стр. 458.

⁵⁶ См. Н. Butcher. My Three Years with Eisenhower, p. 136

⁵⁷ См. История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941—1945, т. 2, стр. 511.

⁵⁸ См. там же, стр. 510.

⁵⁹ См. там же, стр. 511.