"Ни шагу назад!" - второе дыхание Победы

Страна отметила 57-ю годовщину всемирно-исторической Победы над фашистской Германией. Сложны и многогранны истоки великой Победы над фашизмом. Но всему миру известно, что Великая Отечественная война Советского Союза против фашистской Германии стала главным содержанием и центральной проблемой Второй мировой войны. Самая тяжелая участь мировой бойни легла на плечи Советского народа. Ожесточенная смертельная битва велась не только между вооруженными силами враждующих сторон на невиданно обширных полях сражений, но и Верховными Главнокомандованиями, которые направляли ход сражений от первых часов вероломного нападения на Советский Союз и до последних залпов по рейхстагу. Переломный момент войны определил приказ Народного Комиссара обороны товарища И.В. Сталина №227, вошедший в историю великим набатом - «Ни шагу назад!»

 

Поныне, спустя десятилетия, этот приказ затрагивает глубокие чувства фронтовиков, не оставляет равнодушными наших соотечественников, патриотов, болеющих за судьбы нашего Отечества. Вдумаемся в содержание и прочувствуем:

 

 

 

Приказ
Народного комиссара обороны Союза СССР
№227

28 июля 1942 г.
г. МОСКВА

Враг бросает на фронт все новые силы и, не считаясь с большими потерями, лезет вперед, рвется вглубь Советского Союза, захватывает новые районы, опустошает и разоряет наши города и села, насилует, грабит и убивает советское население. Бои идут в районе Воронежа, на Дону, на юге у ворот Северного Кавказа. Немецкие оккупанты рвутся к Сталинграду, к Волге и хотят любой ценой захватить Кубань, Северный Кавказ с их нефтяными и хлебными богатствами. Враг уже захватил Ворошиловград, Старобельск, Россошь, Купянск, Валуйки, Новочеркасск, Ростов-на-Дону, половину Воронежа.

Часть войск Южного фронта, идя за паникерами, оставила Ростов и Новочеркасск без серьезного сопротивления и без приказа Москвы, покрыв свои знамена позором. Население нашей страны, с любовью и уважением относящееся к Красной Армии, начинает разочаровываться в ней, теряет веру в Красную Армию, а многие из них проклинают Красную Армию за то, что она отдает народ под ярмо немецких угнетателей, а сама утекает на восток...

Жестокая суровая правда тяжелого военного положения невероятным грузом ложилась на плечи людей, наших воинов, от рядового до генерала, пробуждая понимание необходимости принятия самых жестких мер для изменения обстановки.

Доходчивым и понятным для каждого языком разъяснялось:

Каждый командир, красноармеец и политработник должны понять, что наши средства небезграничны. Территория Советского государства - это не пустыня, а люди - рабочие, крестьяне, интеллигенция, наши отцы и матери, жены, братья, дети. Территория СССР, которую захватил и стремится захватить враг, - это хлеб и другие продукты для армии и тыла, металл и топливо для промышленности, фабрики, заводы, снабжающие армию вооружением и боеприпасами, железные дороги. После потери Украины, Белоруссии, Прибалтики, Донбасса и других областей у нас стало намного меньше территории, стало быть, стало намного меньше людей, хлеба, металла, заводов, фабрик. Мы потеряли более 70 миллионов населения, более миллионов пудов хлеба в год и более 10 миллионов тонн металла в год. У нас нет уже теперь преобладания над немцами ни в людских резервах, ни в запасах хлеба. Отступать дальше - значит загубить себя и загубить вместе с тем нашу Родину. Каждый новый клочок оставленной нами территории будет всемерно усиливать врага и всемерно ослаблять нашу оборону, нашу Родину.

Поэтому надо в корне пресекать разговоры о том, что мы имеем возможность без конца отступать, что у нас много территории, страна наша велика и богата, населения много, хлеба всегда будет в избытке. Такие разговоры являются лживыми и вредными, они ослабляют нас и усиливают врага, ибо если не прекратим отступления, останемся без хлеба, без топлива, без металла, без сырья, без фабрик и заводов, без железных дорог.

Из этого следует, что пора кончить отступление.

Ни шагу назад! Таким теперь должен быть наш главный призыв.

Надо упорно, до последней капли крови защищать каждую позицию, каждый метр советской территории, цепляться за каждый клочок советской земли и отстаивать его до последней возможности. Наша Родина переживает тяжелые дни. Мы должны остановить, а затем отбросить и разгромить врага, чего бы это нам ни стоило. Немцы не так сильны, как это кажется паникерам. Они напрягают последние силы. Выдержать их удар сейчас, в ближайшие несколько месяцев - это значит обеспечить за нами победу. Можем ли мы выдержать удар, а потом и отбросить врага на запад? Да, можем, ибо наши фабрики и заводы в тылу работают теперь прекрасно, и наш фронт получает все больше и больше самолетов, танков, артиллерии и минометов.

Чего же у нас не хватает?

Не хватает порядка и дисциплины в ротах, батальонах, полках, дивизиях, танковых частях, в авиаэскадрильях. В этом теперь наш главный недостаток. Мы должны установить в нашей армии строжайший порядок и железную дисциплину, если мы хотим спасти положение и отстоять Родину.

Нельзя терпеть дальше командиров, комиссаров, политработников, части и соединения которых самовольно оставляют боевые позиции. Нельзя терпеть дальше, когда командиры, комиссары, политработники допускают, чтобы несколько паникеров определяли положение на поле боя, чтобы они увлекали в отступление других бойцов и открывали фронт врагу.

Паникеры и трусы должны истребляться на месте.

Отныне железным законом дисциплины для каждого командира, красноармейца, политработника должно являться требование - ни шагу назад без приказа высшего командования. Командиры роты, батальона, полка, дивизии, соответствующие комиссары и политработники, отступающие с боевой позиции без приказа свыше, являются предателями Родины.

С такими командирами и политработниками и поступать надо как с предателями Родины.

Таков призыв нашей Родины.

Выполнить этот призыв - значит отстоять нашу землю, спасти Родину, истребить и победить ненавистного врага.

После своего зимнего отступления под напором Красной Армии, когда в немецких войсках расшаталась дисциплина, немцы для восстановления дисциплины приняли некоторые суровые меры, приведшие к неплохим результатам. Они сформировали более 100 штрафных рот из бойцов, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, поставили их на опасные участки фронта и приказали искупить кровью свои грехи. Они сформировали, далее, около десятка штрафных батальонов из командиров, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, лишили их орденов, поставили их на еще более опасные участки фронта и приказали им искупить свои грехи. Они сформировали, наконец, специальные отряды заграждения, поставили их позади неустойчивых дивизий и велели им расстреливать на месте паникеров в «случае попытки самовольного оставления позиций и в случае попытки сдаться в плен». Как известно, эти меры возымели свое действие, и теперь немецкие войска дерутся лучше, чем они дрались зимой. И вот получается, что немецкие войска имеют хорошую дисциплину, хотя у них нет возвышенной цели защиты своей родины, а есть лишь одна грабительская цель - покорить чужую страну, а наши войска, имеющие возвышенную цель защиты своей поруганной Родины, не имеют такой дисциплины и терпят ввиду этого поражение.

Не следует ли нам поучиться в этом деле у наших врагов, как учились в прошлом наши предки у врагов и одерживали потом над ними победу? Я думаю, что следует.

Верховное Главнокомандование Красной Армии приказывает:

Военным советам фронтов и прежде всего командующим фронтами:

а) безусловно ликвидировать отступательные настроения в войсках и железной рукой пресекать пропаганду о том, что мы можем и должны отступать и дальше на восток, что от такого отступления не будет якобы вреда;

б) безусловно снимать с поста, направлять в Ставку для привлечения к военному суду командующих армиями, допустивших самовольный отход войск с занимаемых позиций без приказа командования фронта;

в) сформировать в пределах фронта от одного до трех (смотря по обстановке) штрафных батальонов (по 800 человек), куда направлять средних и старших командиров и соответствующих политработников всех родов войск, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, и поставить их на более трудные участки фронта, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления против Родины.

2. Военным советам армий и прежде всего командующим армиями:

а) безусловно снимать с постов командиров и комиссаров корпусов и дивизий, допустивших самовольный отход войск с занимаемых позиций без приказа командования армии, и направлять их в Военный совет фронта для предания военному суду;

б) сформировать в пределах армии 3-5 хорошо вооруженных заградительных отрядов (до 200 человек в каждом), поставить их в непосредственном тылу неустойчивых дивизий и обязать их в случае паники и беспорядочного отхода частей дивизии расстреливать на месте паникеров и трусов и тем помочь честным бойцам выполнить свой долг перед Родиной;

в) сформировать в пределах армии от пяти до десяти (смотря по обстановке) штрафных рот (от 150 до 200 человек в каждой), куда направлять рядовых бойцов и младших командиров, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, и поставить их на трудные участки армии, чтобы дать им возможность искупить свои преступления перед Родиной.

3. Командирам и комиссарам корпусов и дивизий:

а) безусловно снимать с постов командиров и комиссаров полков и батальонов, допустивших самовольный отход частей без приказа командира корпуса или дивизии, отбирать у них ордена и медали и направлять их в Военный совет фронта для предания военному суду;

б) оказывать всяческую помощь и поддержку заградительным отрядам армии в деле укрепления порядка и дисциплины в частях.

Приказ прочесть во всех ротах, эскадронах, батареях, эскадрильях, командах, штабах.

Народный комиссар обороны
И. СТАЛИН

 

 

Этот знаменитый судьбоносный приказ не отменялся и не утрачивал свою силу до самого победоносного окончания войны. Но после разгрома немецко-фашистских войск под Сталинградом в 1943 году, после поражения немецких войск в Орловско-Курской битве, форсирования Днепра и ряда последовавших затем разгромов немцев в котлах приказ перестал быть актуальным. Однако штрафные батальоны и роты действовали до окончания войны. О заградительных отрядах разговор особый.

Приказ №227 сыграл свою историческую роль в самый критический момент Сталинградской битвы, и эта роль была безусловно положительной.

Приведем свидетельство генерала армии Героя Советского Союза П.Н. Лащенко, изложенное в «Военно-историческом журнале» №8 в 1988 году.

 

 

ПРОДИКТОВАН СУРОВОЙ НЕОБХОДИМОСТЬЮ

 

Приказ этот появился не вдруг, он вызревал; в конце концов, оказался ответом на ход войны. А ход войны в тот момент катился к трагедии. Большинство из вас много наслышаны о приказе №227, но ознакомились с ним впервые и еще находитесь под его впечатлением.

Я первый раз прочитал его под Воронежем, в штабе 60-й армии, которой командовал генерал И.Д. Черняховский, едва ли не в тот день, когда он был издан - 28 июля 1942 года. Был я тогда заместителем начальника штаба 60-й армии. Признаюсь, что нахожусь под впечатлением с тех пор, как впервые увидел его. Такова сила этого документа. Я часто задумывался: в чем она, эта сила?

Сегодня кое-кто говорит, что ошеломляет его жестокость, ведь приказом вводились у нас штрафные роты, штрафные батальоны и заградительные отряды. Верно, вводились.

Было это. Но в сорок втором году мы восприняли приказ 227 как управу на паникеров и шкурников, маловеров и тех, для кого собственная жизнь дороже судьбы своего народа, своих родных и близких, пославших их на фронт... Законы войны объективны. В любой армии солдата, бросившего оружие, всегда ждало суровое наказание. Штрафные роты и батальоны, если не усложнять, - те же роты и батальоны, только поставленные на наиболее тяжелые участки фронта. Однако фронтовики знают, как все условно на войне: без жестокого боя немцы не отдавали ни одной деревни, ни одного города, ни одной высоты. Командиры штрафных подразделений штрафниками никогда не были, а самих штрафников никто не зачислял в уголовные преступники.

Пребывание в штрафниках даже не влекло за собой судимости. Так чем же были штрафные подразделения? Шансом для оступившегося, смалодушничавшего, совершившего промах возможностью искупить свою вину, снять с себя черное пятно часто ценой собственной крови. Срок наказания исчислялся от месяца до трех, ранение, полученное даже в первый день пребывания в штрафном подразделении, автоматически возвращало бойца в часть на ту же должность, в том же воинском звании. Когда пришел приказ 227, части 60-й армии отбивались от врага под Воронежем. Обстановка была сверхтяжелая. Что говорить, полстраны захватил враг. Мы держались, казалось, на пределе возможного. Нет, я не мог сказать, что была всеобщая паника или повальное бегство. Да, отступали, но бегства как такового не было, по крайней мере в нашей армии. Приказ прозвучал для всех нас тем набатным сигналом, в котором было одно - отступать некуда, ни шагу назад, иначе погубим себя и Родину. Именно это, я бы сказал, главное в приказе, и было воспринято сердцем и разумом. Как бы то ни было, но фронт стабилизировался по центральной улице Воронежа...

Может, и нынче прозвучит приказ «Ни шагу назад», и, как тогда, в сорок втором, фронт стабилизируется по центральной улице Воронежа, а от Сталинграда начнется коренной перелом, сбросим со своих натруженных плеч оккупационный антинародный режим чубайсов и кохов, волошиных и касьяновых, продолжателей дела Гитлера, Ельцина и Горбачева с прочей нечистью?!.

Дальше враг не прошел, - продолжает генерал армии П.Н. Лащенко. - Погнали мы его на Запад именно с этой улицы. Я не скажу, что мы плохо воевали, но нужен был решительный перелом, и потому приказ 227 оказался своевременным. Для победы над таким сильным врагом, как гитлеровцы, требовалось прибавить и в мастерстве, и в храбрости, и в самоотверженности, и в самопожертвовании. Война была такая, какой человечество до тех пор не знало. Ее результатом могло стать уничтожение нашего народа...

Вдумаемся в нынешнюю обстановку, созданную за десять лет царствования ельцинской олигархии теми, кто называет себя демократами, правыми и партиями, подстроенными под Ельцина и нынешнего продолжателя политики Путина. Каждый год по их вине убывает в мир иной, вымирает, другими словами, по миллиону наших соотечественников, притом без горячей войны. Поэтому приказ 227 злободневен, отражает нынешнюю обстановку в стране. Вот почему демократическое и сионистское воронье так ненавидит и в то же время боится давно ушедшего в историю Иосифа Сталина. Они клевещут на него, сочиняют небылицы, злобные вымыслы, но собака лает, а караван идет к намеченному историческому рубежу, когда сработает приказ №227 и в наши дни... Но продолжим изложение рассуждений генерала:

С самого начала приказ 227 был воспринят на фронте как приказ не только еще выше поднять требовательность, исполнительность, но и усилить в первую очередь всю воспитательную работу с личным составом, беспощадно бороться с расхлябанностью и неисполнительностью, безответственностью и недисциплинированностью. Да, были заградительные отряды. Но я не знаю, чтобы кто-нибудь из них стрелял по своим, по крайней мере на нашем участке фронта. Уже сейчас я запрашивал архивные документы на этот счет, таких документов не нашлось. Заградотряды находились в удалении от передовой, прикрывали войска с тыла от диверсантов и вражеского десанта, задерживали дезертиров, которые, к сожалению, были; наводили порядок на переправах, направляли отбившихся от своих подразделений солдат на сборные пункты.

Скажу больше, фронт получал пополнение, естественно, необстрелянное, как говорят, пороху не нюхавшее, и заградительные отряды, состоявшие исключительно из солдат уже обстрелянных, наиболее стойких и мужественных, были как бы надежным и сильным плечом старшего. Бывало нередко и так, что заградотряды оказывались с глазу на глаз с теми же немецкими танками, цепями немецких автоматчиков и в боях несли большие потери. Это факт неопровержимый. Надо понять, что на передовой все делали одно дело - сражались с врагом. Между прочим, труса и паникера в бою каждый обязан образумить любыми средствами, любыми способами, вплоть до применения оружия. Это долг командира. Если он этот свой долг не исполнит, сам понесет крайне суровую ответственность. Даже один паникер может загубить целую роту, а то и батальон. Паника опасна своей заразительностью, и тогда - свалка. Из-за паникеров гибнут лучшие, самые смелые и отважные.

И поэтому приказ 227 стоял на стороне храбрых, чтобы у них была возможность спокойно и рассудительно, расчетливо и профессионально бить врага.

По единодушному мнению всех активных фронтовиков от солдата до маршала этот приказ стал тем психологическим рубежом обороны, который остановил отступление Красной Армии на Сталинградском оборонительном рубеже и в предгорьях Кавказа, где решалась судьба нашей Советской Родины.

После разгрома окруженной группировки немецко-фашистских войск под Сталинградом первая часть приказа №227 стала постепенно утрачивать свою актуальность. В результате сокрушения немецкого наступления на Орловско-Курской дуге наступил год решительного перелома в войне. Крылатое выражение Сталинавыразительно охарактеризовалосоздавшуюся обстановку: «Если разгром немцев под Сталинградом стал закатом немецко-фашистской армии, то Курско-Орловская битва поставила ее перед катастрофой». С тех пор бывалые фронтовики, прошедшие к тому времени войну от западных границ до Орла и Курска, отмечали, что потеряла свою былую мощь немецкая авиация, господство в воздухе стало переходить к Красной Армии, невосполнимые потери немецких танковых войск повсюду сказались на всех участках советско-германского фронта. Инициатива боевых действий переходила на сторону Красной Армии. Удары Красной Армии нарастали, а после форсирования реки Днепр и освобождения правобережной Украины и города Киева, снятия блокады с Ленинграда началось массовое изгнание оккупантов с Советской территории. К тому времени приказ «Ни шагу назад» окончательно утратил свое былое значение. Но заградотряды, штрафные роты и штрафные батальоны на всех участках фронта не упразднялись и действовали. Штрафные роты регулярно пополнялись рядовыми и сержантами, допустившими воинские преступления. Штрафные батальоны редели, но вяло пополнялись офицерами, допустившими грубые нарушения воинской дисциплины, позорящими офицерскую честь, воинские преступления, связанные с превышением власти, за аморальные поступки, а также возвращенные в ряды Красной Армии при освобождении территории, при этом опозорившие себя в начальный период войны добровольной сдачей в плен, уличенные в проявлении трусости на поле боя в ходе предшествующих боевых действий или виновные в утрате боевых знамен.

Так, в памяти моих однополчан 232-го минометного полка 11 минометной бригады 12-й артиллерийской дивизии прорыва Резерва Главного Командования сохранился случай, когда рядовой нашего полка красноармеец Макс, неоднократно отмеченный командованием полка, в тяжелом бою под Малоархангельском на Орловском направлении в 1943 подбивший из противотанкового ружья немецкий танк «ПАНТЕРУ», в ближнем штыковом бою уничтоживший немецкого офицера, отличившийся при форсировании реки Днепр, позднее угодил в штрафную роту. Он всегда был дерзок с командирами, допускал несколько раз случаи неповиновения, а на отдыхе, куда был на короткое время отведен полк, совершил мародерство по отношению к мирному населению, за что был осужден военным трибуналом и отправлен в штрафную роту. Рядовые и сержанты, зная трудный характер Макса, не могли понять командиров и политработников, принимавших к нему меры дисциплинарного и воспитательного воздействия, но когда он опозорил полк своим последним поступком, приняли приговор трибунала с пониманием.

Штрафные роты и батальоны привлекали к проведению разведки боем, которая при подготовке больших наступательных операций позволяла установить истинный передний край обороны немцев, убедиться, что наступление для них явится внезапным. В таких случаях мощный огневой налет мог заменить артиллерийскую подготовку и таким образом решалась задача перехода в наступление при меньшем расходе боеприпасов. Иначе противник мог заранее отвести свои войска на определенную глубину, и тогда артиллерийская подготовка могла оказаться проведенной по районам, оставленным противником. Это неизбежно вело к большим потерям и перерасходу боеприпасов.

Чаще всего к разведке боем привлекали разведбатальон дивизии, тогда штрафники играли вспомогательную роль, атакуя противника на самых опасных направлениях. Заградотряды к концу 1943 года утрачивали свое былое назначение. Так, в конце лета 1944 г. на имя Начальника Главного Политического управления Красной Армии генерал-полковника Щербакова поступило письмо, в котором вскрывались недостатки в деятельности заградотрядов 3-го Прибалтийского фронта:

По моему заданию работниками ПУ (политуправления) фронта в августе была проверена деятельность шести заградотрядов (всего 8 заградотрядов). В результате этой работы установлено:

Заградотряды не выполняют своих прямых функций, установленных приказом Наркома обороны. Большая часть личного состава заградотрядов используется по охране штабов армий, охране линий связи, дорог, прочесыванию лесов и т.д. Характерна в этом отношении деятельность 7-го заградотряда 54-й армии. По списку в отряде состоит 124 чел. Используются они так: 1-й автоматный взвод охраняет 2-й эшелон штаба армии; 2-й автоматный взвод придан 111-му стрелковому корпусу с задачей охранять линии связи от корпуса до армии; 3-й стрелковый взвод придан 7-му стрелковому корпусу с той же задачей; пулеметный взвод находится в резерве командира заградотряда; 9 чел. работают в отделах штаба армии, в том числе командир взвода лейтенант ГОНЧАР является комендантом управления тыла армии; оставшиеся 37 человек используются при штабе заградотряда. Таким образом , 7-й заградотряд совершенно не занимается заградслужбой. Такое же положение и в других заградотрядах (5, 6, 153, 216, 50)

В 5-м заградотряде 54 армии из 189 чел. штата только 90 чел. несут охрану КП армии и заградслужбу, а остальные 99 чел. используются на различных работах: 41 чел. - на обслуживании АХО штаба армии в качестве поваров, сапожников, портных, кладовщиков, писарей и проч.; 12 чел. - в отделах штаба армии в качестве связных и ординарцев; 5 чел. - в распоряжении коменданта штаба и 41 чел. обслуживает штаб заградотряда. В 6-м заградотряде из 169 чел. 90 бойцов и сержантов используются в охране КП и линий связи, а остальные находятся на хозяйственных работах.

В ряде заградотрядов крайне разбухли штаты штабов. Вместо положенного штата 15 человек офицерского, сержантского и рядового состава штаб 5-го заградотряда насчитывает 41 чел.; 7-го заградотряда - 37 чел., 6-го заградотряда - 30 чел. и т.д.

Штабы армий не осуществляют контроля за деятельностью заградотрядов, предоставили их самим себе, свели роль заградотрядов к положению обычных комендантских рот. Между тем личный состав заградотрядов подобран из лучших, проверенных бойцов и сержантов, участников многих боев, награжденных орденами и медалями Советского Союза. В 21-м заградотряде 67-й армии из 199 чел. 75% награждены. В 50-м заградотряде за боевые заслуги награждены 52 чел.

Бесконтрольность со стороны штабов привела к тому, что в большинстве заградотрядов воинская дисциплина стоит на низком уровне, люди распустились. За последние три месяца в 6-м заградотряде за грубые нарушения воинской дисциплины наложено на бойцов и сержантов 30 взысканий. Не лучше и в других отрядах.

Политотделы и заместители начальников штабов по политчасти забыли о существовании заградотрядов, не руководят партийно-политической работой...

О вскрытых недостатках в деятельности заградотрядов 15.08 доложил Военному совету фронта. Вместе с этим начальникам политотделов армий дал указания о необходимости коренного улучшения партийно-политической и воспитательной работы в заградотрядах; оживления внутрипартийной деятельности партийных организаций, усилении работы с партийным и комсомольским активом, проведения для личного состава лекций и докладов, улучшения культурного обслуживания бойцов, сержантов и офицеров заградотрядов.

ВЫВОД: заградотряды в своем большинстве не выполняют задач, определенных приказом Наркома обороны № 227. Охрана штабов, дорог, линий связи, выполнение различных хозяйственных поручений, обслуживание командиров и начальников, надзор за внутренним порядком в тылах армии ни в коей мере не входит в функции заградотрядов войск фронта.

Считаю необходимым поставить вопрос перед Народным комиссаром обороны о реорганизации или расформировании заградотрядов, как утративших свое назначение в настоящей обстановке.

Начальник политического управления 3-го Прибалтийского фронта,
генерал-майор А. Лобачев
25 августа 1944 г.

 

 

 

ПРИКАЗ
НАРОДНОГО КОМИССАРА ОБОРОНЫ
№ 0349

29 октября 1944 г.
г. МОСКВА

СОДЕРЖАНИЕ: О расформировании отдельных заградительных отрядов.

В связи с изменением общей обстановки на фронтах необходимость в дальнейшем содержании заградительных отрядов отпала.

ПРИКАЗЫВАЮ:

1. Отдельные заградительные отряды к 13 ноября 1944 года расформировать. Личный состав расформированных отрядов использовать на пополнение стрелковых дивизий.

2. О расформировании заградительных отрядов донести к 20 ноября 1944 года.

Народный комиссар обороны
Маршал Советского Союза
И. СТАЛИН

В мае 1944 года мы в качестве пополнения прибыли в лесной лагерь Белые Берега Брянской области в артиллерийские дивизии 4-го артиллерийского корпуса прорыва РВГК (Резерва Верховного Главного Командования), которые готовились к выдвижению на боевые позиции на одном из участков 1-го Белорусского фронта. Сталинградский артиллерийский учебный центр в Чебаркульском лагере обучал и готовил нас для артиллерийских частей в течение девяти месяцев. С приказом №227 нас уже не знакомили, мы об этом приказе слышали только по рассказам бывалых солдат и офицеров-фронтовиков, прошедших от первых рубежей войны, от сталинградцев. С первых дней нашего пребывания на передовой о заградотрядах не имели понятия. О штрафных ротах и батальонах были наслышаны. История наша показала, что началом коренного перелома в войне стал приказ №227, явившийся переломным психологическим стартом в разгроме немецко-фашистских войск под Сталинградом и в Орловско-Курской битве.

И.Ф. ЧЕРНЯВСКИЙ